Рыцарь горько вздохнул.

— Ну, не хочешь — прячься в кусты, а то вон опять бабы тащатся, полюбас по твою душу.

Витольд оглянулся. Со стороны деревни, через луг, в нашу сторону двигалась процессия из трёх решительных крестьянок. Минуты через две они должны были достигнуть моего «озера».

— Ну, нахер! — решился Витольд. — Давай, топи.

Я встала и сделала максимально постный вид.

— Судьба твоя, сэр рыцарь, решена. Иди за девой озера… — я двинулась вдоль берега в сторону пологого спуска к реке, кивнув Витольду двигать за собой. Мы дошли до места, где все набирали воду. Правда, для этого обычно скидывали обувь и забредали в реку по колено, где рыжеватая Олхинская вода была почище. — Иди за девой озера… — я кинула шишку в направлении брода, по воде разбежались круги и тут же исчезли в набегающих волнах. — Иди за девой озера… — следующая шишка упала подальше. — Всё, будем считать, что ты зашёл и утонул.

— Ой! Сэр Витольд! — раздался сверху, с высокого берега вскрик трёх голосов разом.

Покойный рыцарь вздрогнул, после чего вынул из кармана кусок жёлтой тряпочки (это мастера всем в начале игры раздали, изображать смерть) и с довольным видом обмотал его повыше локтя, помогая себе завязывать узел зубами.

Парень поднялся на берег и гордо продефилировал мимо недоумённо переминающихся крестьянок.

— В водах озера нашёл он покой… — заунывно возвестила я и подняла вуаль. — И вас ждёт та же участь. Следуйте за девой озера!..

Двое девок нерешительно шагнули по тропинке.

— Голос зовёт вас, — пояснила я максимально таинственно. — Манят вас воды реки. Идите к деве озера… — очередная шишка полетела в воду.

Оставшаяся на взгорке девчонка попятилась, развернулась и побежала назад в деревню. Выскочив на поле она начала что-то кричать, сквозь плеск реки не разобрать было.

К моему глубочайшему удивлению, две оставшихся скинули туфли и зашли по колено в воду.

— Теперь вы — русалки, — объявила им я. — Можете сидеть в ветвях, купаться в рубашках и плести венки. Кому на голову накинете — тот ваш.

Девы отнеслись к новому статусу с энтузиазмом, скинули верхние платья и полезли в воду. Рубашка, чтоб вы понимали — это такая балахонистая одежда до щиколоток из тоненького белого ситца, при купании она становится облипошной и почти прозрачной, так что от заплывов голышом мало чем отличается. Новоиспечённые русалки плескались, плели венки и обсуждали перспективы охоты на парней. Кто-нибудь же явиться должен был?

Через полчаса они поймали Дуропласта (ну, простите, я так запомнила), который был не в курсе происходящего и явился в очередной раз выяснять про судьбу той благородной дамы. Какая дама, когда у меня тут новая движуха! Да и рыцаря того уж нет.