– Ну конечно, я иногда леплю снеговиков, – сказал Стёп по истечении этих четырех секунд. – На террасе, возле бассейна. Причем стараюсь, чтобы они походили на членов королевской семьи. А когда приходит весна, я наблюдаю, как вещи, которых в наши времена уже не должно существовать, тают и исчезают с лица земли.

Впервые за весь вечер Стёп не сорвал ни аплодисментов, ни даже смешков. Уда подумала, что Стёп должен бы знать, что другой реакции на антимонархические заявления в студии ожидать не стоит.

Боссе воспользовался наступившей паузой, чтобы представить поп-звезду. Она должна была рассказать о своем участии в новой постановке, а в конце передачи спеть песню, которую будут крутить все радиостанции начиная с понедельника.

– Что это к чертям было такое? – спросил молодой продюсер передачи, который успел занять место позади Уды.

– Может, он все-таки не вполне трезвый, – предположила она.

– Елки-палки, он же полицейский! – воскликнул парень.

Тут до Уды дошло, что он ведь был ее кушем. Ее сенсацией.

– Козел! – ругнулась она.

Продюсер промолчал.

Поп-звезда рассказывала о психологических проблемах и о том, что они передаются по наследству. Уда посмотрела на часы. Сорок секунд. Да, слишком серьезно сегодня получилось для пятничного-то вечера. Готовились титры. Боссе перебил звезду, обратившись к Стёпу:

– Арве! – Обычно в конце программы Боссе начинал звать собеседников по имени. – Есть среди ваших знакомых люди с наследственными заболеваниями? Сумасшедшие, например?

– Нет, – улыбнулся Стёп. – Если только не считать сумасшествием стремление к абсолютной свободе.

Боссе уже закруглялся. Теперь ему оставалось лишь пробежаться по остальным гостям и представить песенку. Несколько заключительных слов от психолога, и вот он повернулся к старшему инспектору:

– Теперь, когда вы схватили Снеговика, наверное, и у вас, Харри, появится пара свободных дней, чтобы поиграть?

– Нет, – ответил Харри. Он почти сполз со стула, так что его длинные ноги чуть ли не упирались в поп-звезду. – Снеговика не схватили.

Боссе поднял бровь, с удивлением ожидая продолжения. Уда надеялась, что оно будет поинтереснее, чем обещало начало.

– Я никогда не говорил, что Идар Ветлесен – это и есть Снеговик. Наоборот, все указывает на то, что Снеговик по-прежнему на свободе.

Боссе издал специально отрепетированный смешок, который использовал, чтобы поддержать гостя в безуспешной попытке пошутить, и с кривой ухмылочкой произнес:

– Думаю, вы это говорите, чтобы моей жене сегодня приснились сны поинтереснее.

– Вовсе нет, – сказал Харри.