– Ну и дела, – пробормотал Харри, записывая. – О чем еще вы говорили?

– Больше ни о чем. Судя по всему, он куда-то торопился. Просто поблагодарил, и мы распрощались.

– Есть у тебя предположение, откуда он мог звонить?

– Нет. Но точно не из кабинета: акустика была какая-то странная. Такое впечатление, что говорят из церкви или пещеры, понимаешь?

– Понимаю. Спасибо большое, Матиас. В случае чего мы тебе перезвоним.

– Рад помочь, чем могу…

Окончания Харри не услышал, поторопившись нажать «отбой».

В кабинете собралась вся их небольшая следственная группа, на столе стояли чашки с кофе, очередная порция воды закипала в чайнике, пиджаки свисали со спинок стульев. Скарре только что вернулся с Бюгдёй и доложил о беседе с матерью Идара Ветлесена. Та сказала, что она понятия ни о чем не имеет и вообще все это наверняка чудовищная ошибка.

Катрина позвонила ассистентке Ветлесена, Боргхильд Муэн, которая сказала примерно то же самое.

– Утром допросим их, если понадобится, – решил Харри. – А теперь у нас более серьезная проблема.

Все трое посмотрели на него. Харри рассказал о своем разговоре с Матиасом и прочитал на обороте трамвайного билетика: «Карнадриоксид».

– Думаешь, он именно так совершал убийства? – спросил Хольм. – С помощью парализующего препарата?

– Точно. Вот почему он прячет тела, – вмешался Скарре. – Чтобы мы не обнаружили вещество при вскрытии, иначе след приведет к нему.

– Нам известно только одно, – сказал Харри. – У Идара Ветлесена нервный срыв. Если он и есть Снеговик, он сменит модель поведения.

– Вопрос в том, за кем он охотится в настоящий момент. – Катрина нервно передернула плечами. – Кто-то скоро умрет от этого вещества.

Харри потер подбородок:

– Катрина, у тебя уже есть распечатка телефонных звонков Ветлесена?

– Да, есть номера телефонов и имена. Мы с Боргхильд все проверили. В основном это пациенты. Было еще два разговора с адвокатом Корном и разговор с Матиасом Лунн-Хельгесеном, о котором ты уже говорил. И еще один номер, зарегистрированный на издательство «Поппер».

– Работы сейчас у нас нет, – сказал Харри. – Можем, конечно, сидеть тут, пить кофе и чесать пустые наши головы, а можем разойтись по домам и вернуться утром с такими же пустыми, но отдохнувшими головами.

Остальные молча смотрели на него.

– Я не шучу, – заверил он. – Давайте по домам, черт с ним со всем!

Харри вызвался подвезти Катрину в район Грюнерлёкка, бывший рабочий квартал. Там она попросила высадить ее у старинного четырехэтажного дома на улице Сейльдуксгата.

– Где твоя квартира? – спросил он и наклонился к окну.