Харри кивнул.

– Раз это не часть плана, то каков же мотив?

– Этого мы не знаем, но когда следователя убойного отдела лишают жизни, то вполне естественно предположить, что он представлял для убийцы опасность.

Эспен Лепсвик кашлянул:

– Может быть, то, что убийца проделал с телом, подскажет нам мотив? Зачем, например, он воткнул ему вместо носа морковь? Длинный нос, понимаете?

– Он что, сказку нам рассказывает? – спросил Хаген.

– Может, намек на ищейку? – осторожно вставил Хольм.

– Точно! – подхватил Хаген. – Знак, чтобы остальные сыщики держались от него подальше, не вынюхивали. – Искоса поглядывая на Харри, он обратился ко всем: – А как вы объясните зашитый рот?

– Намек на то, что надо держать рот на замке, – неуверенно предположил Скарре.

– В точку! – согласился Хаген. – Поскольку Рафто был, так сказать, с гнильцой, вполне может быть, что он состоял с убийцей в сговоре и в определенный момент захотел его припугнуть.

Все посмотрели на Харри, который выслушал их гипотезы, не проронив ни слова.

– Ну? – пробурчал комиссар Хаген.

– Вы, конечно, может быть, и правы, – ответил Харри, – но я думаю, что послание, оставленное нам убийцей, совсем простое: тут был Снеговик. А он любит лепить снеговиков. Точка.

Полицейские переглянулись, никто возражать не стал.

– У нас другая проблема, – продолжил Харри. – Управление полиции Бергена выступило с официальным заявлением, что на острове Финнёй найдено тело человека. И все. Я просил их придержать информацию о деталях, чтобы мы располагали хотя бы двумя-тремя днями для поиска оставшихся следов, пока Снеговик не знает, кого мы нашли. Но думаю, что и двух дней у нас не будет, потому что вряд ли полицейские сумеют скрывать информацию достаточно долго.

– Имя Рафто будет у журналистов завтра утром. Я бергенских знаю, – сказал Эспен Лепсвик.

– Нет, – раздался голос от двери, – имя они получат сегодня, еще до последнего выпуска вечерних новостей. И не только имя, но и подробности: описание места преступления и нашу версию, что дело касается Снеговика.

Все обернулись. В дверях стояла Катрина Братт. Она все еще была бледна. Правда, с тех пор как Харри проводил ее на катер и она уехала с острова, а он остался дожидаться полиции, Катрина слегка пришла в себя.

– Так вы знаете людей со второго канала? – спросил ее Эспен Лепсвик с кривой усмешкой.

– Нет, – ответила Катрина Братт, садясь на стул. – Я знаю людей из бергенского Полицейского управления.

– Где вы были, Братт? – спросил Хаген. – Вы отсутствовали несколько часов.

Катрина покосилась на Харри, он кивнул ей и объяснил: