— Так это же Натулёныш, — внезапно вмешался в разговор Лёха. — Я её сразу узнал. У неё же подписоты, если память не изменяет, миллионов пять.

А когда мы с Морозом резко обернулись на него, застыл с недонесённой до рта оливкой.

— Чего?

— Ты-то, Алексей Михайлович, откуда знаешь лидеров молодёжных мнений? — хохотнул Герман. — Неужто тебе в лес сеть провели?

— Так у меня вышка нормально достреливает, — пожал плечами Лёха и таки съел оливку. — Не жалуюсь.

— Ать! — вдруг резко вскрикнул Мороз и аж с кресла вскочил. — Прозевали!

И впрямь прозевали. В тот момент, когда Михеев отвлёк нас на своего Натулёныша, мои умницы выбили стелсера. И стоял он теперь с ног до головы жёлтый прямо в дверном проёме, ведущем в землянку. Ну… проём, конечно, не «дверой», но… понятно, короче.

— Как так-то⁈ — кажется, Герман уже понял, что проиграл спор.

— Должно быть, кадет Ромашкина учуяла, — предположил я первое, что пришло в голову.

— Это которая высокая, что ли?

— Она самая.

— Зверомаг?

— Да, — улыбнулся я. — Зверомаг.

По правилам, теневику из команды Несвицкого, знакомая фамилия какая-то, кстати, запрещалось оставаться на поле. Поникший, угрюмый и очень даже видимый для человеческого глаза, он кратчайшим путём пошагал за ограждение.

А потому, как нетрудно догадаться, не предупредил своих о том, что план их пошёл пёселю под хвост.

Так что закончился бой крайне быстро. Не прекращая съёмку, противники показушно-спокойно приблизились к землянке и тут же попали в засаду. Группа «Альта» открыла огонь аж с трёх разных точек в лесу, а одна из точек внезапно находилась на дереве.

Пара секунд решила исход матча.

— Ах-ха-ха-ха!

— Победил, Василий Иванович, победил, — Герман протянул мне руку. — На самом деле даже рад. Знаю, что квадроциклы в надёжные руки отдаю…

Несвицкий злился. Несвицкий ярился. Несвицкий в своём возмущении буквально клокотал, аки проснувшийся вулкан.

Ситуация для него сложилась непростая. Можно даже сказать «говённая».

Ну проиграл и проиграл, казалось бы, чёрт с ним. И плевать на деньги, которые он заплатил блогерше. Легко пришли, легко ушли; чай не он их зарабатывал. Основная проблема заключалась в том, что Натулёныш вряд ли согласится на второй заход.

Возможно, из-за того, что Андрей был с нею груб? Да, точно. Кажется, что-то такое было. Самую чуточку, но ведь всем вокруг давно известно, что девушки склонны к обидам.

Но не суть!

Суть в том, что если она сейчас уйдёт, то уйдёт с концами. И хорошо, если просто кинет в игнор, а может ведь и опубликовать весь тот позор, что успела наснимать. Вывод: её нельзя отпускать. Ни за что и ни при каких обстоятельствах.