Глава 14
Страница 209 из 317
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 14

Страница 209

В этот момент она почувствовала странную гордость: не за то, что смогла его возбудить, не за то, что подчинилась, а потому что впервые делала что-то исключительно по своей воле, даже если эта воля родилась на обломках всех прежних решений.

Слово прозвучало иначе, чем она ожидала: без приказа, почти с усталостью, как будто он отдавал свою часть на переработку. Несколько секунд она просто смотрела на него, ощущая, как изнутри подкатывает то ли страх, то ли злость, то ли – странное облегчение. Потом дотронулась до его бедра и, не отрывая взгляда от его лица, медленно опустила голову.

Первые движения давались тяжело – не потому, что сложно, а потому что внутри всё сопротивлялось привычке быть объектом. Он не торопил, не комментировал, только чуть громче стал дышать. Она чувствовала, как меняется его пульс, как напрягаются мышцы пресса; сама себе напоминала робота с плохо настроенной программой, которая не знает, сколько усилия надо приложить, чтобы не сломать, но и не выпустить из рук.

Её волосы начали сбиваться на лбу, но Григорий мягко убрал их за ухо, будто помогая, и эта странная забота только усилила ощущение нереальности происходящего. Она действовала по инструкции, ни разу не позволив себе звука, только иногда ловила его взгляд – и в этот момент ей показалось, что он наблюдает за ней не с похотью и не с жадностью, а с почти педагогическим интересом, как профессор в лаборатории за ходом эксперимента.

Он не делал ничего, чтобы ускорить процесс – наоборот, намеренно затягивал каждую паузу. Даже когда стало очевидно, что он на грани – не пошёл дальше, а остановился, словно хотел запомнить этот переходный момент между прежней Софьей и той, что теперь сидит перед ним.

Он отпустил её голову и тихо сказал:

– Достаточно.

Она выпрямилась, не поднимая взгляда. В горле пересохло, в глазах щипало – слёзы она не выпустила. Руки бессильно лежали на коленях, по коже пробежали мурашки, будто от долгого холода.

Он посмотрел на неё сверху вниз, потом мягко, но уверенно раздвинул ей колени, посмотрел на промежность, потом вернулся взглядом к лицу.

Григорий лёг рядом с ней на кровать, раздвинул ей колени, посмотрел на бёдра, потом вернулся взглядом к лицу.

– Закрой глаза, – сказал он, и она подчинилась.

Когда он вошёл в неё, это оказалось даже не больно – просто остро, резко, с треском внутреннего сустава, будто ломали ветку, уже лишённую сока. Она ожидала боли, настоящей, даже – хотела её: чтобы всё было ясно, финально, без промежуточных состояний. Но вместо этого наступила странная оторопь – ничего не происходило, кроме того, что происходило снаружи: поверхность ощущений будто отдалилась от центра сознания, оставив его в безопасности, за бронестеклом. Он не торопился, не делал резких движений, но и не делал вид, что ей может быть приятно. Даже когда сжимал её грудь – сначала двумя пальцами, потом всей ладонью, будто проверял на прочность, как тестируют новый карандаш на излом – и в этом не было ни капли страсти, ни даже интереса, только аккуратность и внимание к детали.

назадназад
1 ... 207 208 209 210 211 ... 317
впередвперед