— Какая-то почти убыточная торговля получается, вы не находите, Александр Васильевич? За кофемолки плати, за помол плати, даже за сбор корней и то плати!
— Семён Афанасьевич, мне нравится ваш юмор. Особенно про оплату труда крепостных, — подшутил собеседник, — теперь жду, когда мои привезут цикорий.
Вот же врун-пердун, ждёт он. Через два дня после нашего разговора телеги с мешками прибыли. Целых 800 фунтов корнеплодов понавезли тут. Знал Храповицкий что добыча уже близко, а притворно переживал.
Ну, ничего, ему во дворец предстоит пилить, на ковёр к императрице, и отчитываться, как мальчишке за своё (и моё) поведение.
— Александр Васильевич, ну как же ты допустил дуэль. А вдруг Симеона убили бы?
— Виноват, ваше величество, но его не удержать было. Как с цепи сорвался, право слово.
— Пойми, я переживаю так как от Симеона много пользы нам. Ну нельзя потерять его, беречь нужно. Вон, как его слова сбылись о льне, я повелела дешевле двойной цены никому из казны не отпускать, и пеньку так же.
Заморские перекупщики уже вовсю плакались, мол, ежели из-за этого корабли с верфей вовремя не сойдут, то корабелам большие штрафы придётся платить. Клянутся, что двойную цену готовы лишь на следующий год заплатить, да и то не уверены, что кому нибудь в Европе столь подорожавший товар будет надобен. В конце концов, то же самое можно и в Европе купить.
Так чего же они, ваше величество, в такую даль ездят, коли под боком нужное сырьё имеют?
— Вот и я о том же думаю, хотя уже свои чиновники начали просить за иноземцев. Небось мзду получили и теперь отрабатывают в чужую пользу.
Молва о повышении цен быстро разлетелась ещё в конце сентября и ряд русских частников тут же взвинтил цены на свой товар. В результате весь октябрь идёт борьба за возврат к старым добрым временам. Причём, с переменным успехом, и лишь казна твёрдо стоит на своём, благодаря Екатерине.
Некоторые заморские купцы уже готовы сдаться, так как их послы не могут добиться уступок. Как бы межгосударственные трения не возникли из-за португальской свиньи, подложенной Европе. Тот же Грегсон, кстати, тоже подумывает купить мой запас, чтобы не попасть под санкции своих покупателей. Хотя и надеется, что Витворт договорится с кем надо. Его лишь лимит времени беспокоит и неопределённость, столь неожиданно возникшая.
— Ох, смутили вы меня с Симеоном, не вовремя всё это. Война с Турцией идёт, другие заботы одолевают. Когда, кстати, с сахаром определитесь?
— Так следующей весной планируем в поместье Семёна выращивать. Биндгейм вошёл в контакт с одним прусским учёным и тот обещался выслать нам тонн двадцать ихней свеклы. Пока ждём.