Встречать рождество и праздновать Новый Год я отправился в Петербург. Никакой политики или государственных дел, лишь гулянки и развлеканки, причём со своими, а не в чьих-то дворцах. Повсюду меня называют «ваше величество», хотя моё корлоевство значительно меньше по площади, чем мои российские имения.
В общем, занудный год закончился без особой чехарды событий. Если и следующий будет таким же, то просто помру. Со скуки!…
1796 год пришёл и я сразу же не помер. Павел Первый прямо в январе толком не проснувшись, назначил канцлером графа… Палена. Я и подпрыгнул от неожиданности. Нет, сей граф ещё не возглавил заговор против Павла и даже не собирался его организовывать, но я-то всё наперёд знаю! И как быть? Правильно, никак. Лучше уж понадеюсь на наш русский «авось» вдруг оно само рассосётся, а то лень планы строить.
Деятельный Пален тут же занялся внешней политикой, сменив во главе Голландии Храповицкого. Нет, это ему не Александр Васильевич понадобился, это он своего человека решил пристроить. Ну и ладно, пусть очаровывает императора своей активностью, а мы и в сторонке постоим.
В феврале Константина оженили, обвенчав его с Юлькой-проказницей. Учитывая то, что Мария Фёдоровна (супруга Павла) понесла, получается, что конвейер по производству Романовых запущен. Кроме того, маленький павлёныш станет порфирородным.
К счастью, сам император поставил крест на женском правлении, издав соответствующий манифест. Теперь императорами могут становиться только мальчики.
— Семён Афанасьевич, обратите внимание, что в указе нет пояснения насчёт сыновей, рождённых вне брака.
— Действительно, — удивился я, — неужели случайно пропущено?
Не знаю, как оно было в реальности, но в нашей альтернативности нашлась дырочка и для таких, как я.
Французы, введя Директорию и Совет Пятисот, окончательно обрушили свою финансовую систему и сами себя подстегнули к завоеваниям. Теперь, чтобы прокормить свои войска, им нужно завоёвывать новые земли и проводить реквизиции.
— Да, Александр Васильевич, теперь у них нет выхода, как побеждать, иначе армия взбунтуется и свергнет своё же правительство, вернувшись домой.
— Может австрийцы устоят, обороняясь, или вообще перейдут в наступление?
— Как это смешно ни звучит, но их собственный гофкригсрат не допустит успехов австрийской армии.
Вот же не повезло Австрии с её собственным военным ведомством. Напрочь закостенело, прогнило и способно лишь мешать своим же войскам. Вон, французы к нынешней кампании подготовили две рейнские армии (общим числом в 160 тысяч) для наступления на Вену. Собираются добраться до вражеской столицы вдоль Дуная.