Левая рука метнулась вперед, прямо к горлу этой Тресси. И ровно в тот момент, кода уже лапа сжала его, перед женщиной стоял больше не человек. Точнее, я постарался ограничить себя в рамках и сейчас наверняка вид имел достаточно неприятный. Что-то на грани. Что-то, что уже не человек, но еще не зверь.

— Ты всё еще жива лишь потому что я обещал Бакумэ, — прорычал в лицо побледневшей женщины.

Магия, что вилась вокруг, успела-таки сжаться вокруг моего тела, но после метаморфоз, её границы разошлись ровно до границ измененного тела. Я чувствовал давление, но и только. Дышать приходилось с усилием, как и двигаться. Но, право слово, когда меня это останавливало?

— Рэм, — на моё предплечье легка легкая и теплая ладошка Бакумэ, — думаю, она всё поняла и не будет нам препятствовать. Так ведь, Тресси?

Сдавить горло сильнее и еще больше приблизить свою пасть. Губы натянулись, обнажая клыки. Челюсть выдвинулась вперед и сейчас мне вполне по силам откусить ей голову. Человека во внешнем виде оставалось всё меньше. Я чувствовал, как по лбу змеились полосы костяных наростов. Как складывались в подобие рогов и уходили ввысь. Как лицо затягивало костяной маской, акцентируя внимание на скулах.

— Я, — прохрипела Тресси, — нхе, бхуду.

— Точно⁈ — наклонив голову на бок, усилил давление.

— Рэм, прошу, — забавно, а просительные интонации в голосе Бакумэ ощущались настолько непривычно, что казались искусственными.

Мой мир, сузившийся сейчас до нашей небольшой компании, абсолютно оттеснил из внимания остальных женщин. Нет, я не терял их из виду и прекрасно видел их дерганые движения и попытки наставить на меня зубочистки. Даже несколько слабеньких магических проявлений засек, что кружили сейчас возле, но кружили как-то трусливо, что ли.

— Опять обувь на выкид, — проворчал, уже в привычном виде. — Лург! Куртка ведь новая была!

— Я подберу тебе что-нибудь внутри, — нервно отмахнулась Бакумэ. — Идем.

То, как проходили сквозь толпу баб это отдельная история. Пытаясь сохранить лицо, пятились они мелкими-мелкими шажками. А в разрезе того, что было их с избытком, запинались, матерились сквозь зубы, но взгляд от меня оторвать не могли. Тресси то, всё еще пыталась протолкнуть воздух в легкие, что получалось так себе. Сжавшаяся на земле в комок, выглядела она, признаться, жалко.

— Ты не говорил, что первородный! — зло прошипела Бакумэ.

Ну вот, не придется ходить вокруг, да около, дополняя свою легенду.

— Ты и не спрашивала, — пожал плечами, остановившись на входе.

Зрелище вокруг впечатляло своим размахом и простором. Если в других заведениях упор был сделан именно на подобие какого-то бара, то здесь и сейчас я видел просторный холл именно что дома. Две лестницы по бокам, уходящие спиралью ввысь. Колонны, которые условно делили внутреннюю площадь на эдакие зоны. Пол, укрытый мягким ворсом, теплые приятные тона деревянной отделки и светильники в виде свеч. Легкая музыка фоном и еле слышный аромат, хм, а чего, собственно? Пряный, слегка терпкий и немного сладкий. Он еле уловимым шлейфом скользил по рецепторам и при попытке на нем сосредоточиться, ускользал прочь, дабы после вновь напомнить о себе. И даже тот факт, что сейчас вокруг было пусто, не отменял волшебной и умиротворяющей атмосферы этого места. Отдельные зоны с диванами и столами, сейчас не отделенные ширмами, смотрелись немного чуждо, но всё-таки вписывались. Балдахин поверху давал понять, что вся эта ткань явно не красоты ради. Наверняка ведь магия и звукоизоляция для общения тет-а-тет.