— Борзый, — оставив без ответа риторический вопрос Лича, привлек я внимание мужика. — Что в ящике смотрели? Открывали вообще?

— Не, — мотнул тот головой, вытирая рот от морса рукавом. — Даже открыть не смогли. Там защелка какая-то особая, не вскрыть.

— Ну-ка, — с явным интересом бросил Лич, — глянем.

Ящик показался на свет и тут же завладел вниманием каждого. Не шибко большой, где-то восемьдесят на шестьдесят и сорок высотой. И вот вроде бы на первый взгляд рухлядь, но это только на первый взгляд. Старение черной древесины явно неестественное, а уж про вензеля, что при сосредоточении взгляда фонили гниловастой зеленью, и вовсе выбивались из вида. Замка не было. Вместо него небольшая щель, будто бы естественного происхождения.

— Вот вы бесстрашные, — хмыкнул Лич, подходя ближе. — Лезть туда отмычками? Тут заперто магией, не механизмом. Сторо! Подсоби, на всякий. Ты лучше по всем этим защитным ритуалам.

— Может не надо? — подал голос Клим, что выглядел бледнее всех остальных.

Да он даже не лестничную площадку поднялся, лишь бы подальше быть!

— Ты знаешь, что это? — перевел на него взгляд.

— Не, — мотнул тот головой, сбойнув пульсом. — Некромагия.

— Не ссы, паря, — хохотнул воодушевлённый Лич. — Сейчас глянем, чего там Картен припрятал.

Как-то я сам не понял, как в общем зале собрались вообще все. Валет с шестеркой своих ребят, Зак, Седой и Клим. Ну и Борзый с тремя своими мужиками тоже никуда особо не делись. Присели чуть в стороне, за целым столом, да переводили дух, попивая взвар. Лич же, стоя у ящика, то щелкал пальцами, хмуря брови, то с довольным ворчанием будто бы вытягивал что-то из скважины. Сторо стоял рядом, со сложенными на груди руками и только его светящиеся беловатым свечением глаза, выдавали действие.

— Оп, лурговы потроха, — хохотнул Лич, — хитро, хитро. Так, господа хорошие, у меня всё. Рэм, сам? Или мне?

— Сам конечно, — проворчал я, отлипая от стойки. — Точно закладки, какой нет?

Вновь брошенный на меня, заинтересованный взгляд и простое покачивание головой.

— Борзый, подходи, — подозвал мужика. — Глянешь на свой вклад в общее дело.

Было видно, что подобному Борзый был рад. Тяжело поднялся со стула, но, тем не менее, подошел споро. Остановился чуть в стороне, что тоже верно и даже дышать стал заметно тише.

— Что ж, глянем, за что Верхние готовы десять тысяч златых отвалить, — проворчал я, кладя руки на крышку ящика.

Стоило ей чуть приподняться, как запах мертвечины ворвался в помещение тягучей густой волной. Ком тошноты тут же подкатил к горлу и только усилился, стоило мне откинуть крышку полностью.