Я прошу тебя, Кариша, постарайся меня понять. Я не собирался исчезать вот так, не прощаясь, но у меня не хватило смелости все объяснить. И тебя подставлять не хотелось. Эти люди не привыкли шутить и вполне могли втянуть тебя в наши разборки. Хорошо, что мы так и не успели расписаться. Они не смогут повесить на тебя мои долги. Если будут спрашивать, говори, что мы давно расстались и ты не знаешь, где я.

Через какое-то время обо мне забудут, и мы снова сможем быть вместе. И обязательно сыграем свадьбу, как ты и мечтала. И проведем медовый месяц в Испании.

Главное, помни, что я люблю тебя, Риша. И постарайся меня простить».

Строки исчезли, монитор погас, и я открыла глаза. Рес! Оказывается, никакого мужа у меня не было. И семьи не было.

«Ну вот, и стоило быть такой недоступной? — съехидничал внутренний голос. — В прошлой жизни ты была не слишком разборчивой. Вон, с посторонним мужиком просто так жила. Выходит, зря нос задирала и поглядывала на дартских тер свысока?»

«Ни на кого я свысока не смотрела, — огрызнулась в ответ. — Просто никому не доверяла. И теперь, кстати, понятно почему».

Виски сдавила привычная боль.

М-да. Везет мне на мужчин, ничего не скажешь. В прошлой жизни — игрок и предатель. В этой… В этой — сиятельство.

«Но ведь тебе было хорошо с Дереком».

«Вот именно, что — было».

— Кэтрин, ты там не уснула?

Недовольный голос Каллемана заставил оторваться от неприятных размышлений.

— Иду, милорд.

Переодевшись, закрутила косу в кольцо, заколола ее шпильками и, бросив последний взгляд на свое отражение, вышла из душевой.

— Слишком долго, — с укором сказал маг.

— Простите.

Я не стала оправдываться. Перед глазами все еще стояли напечатанные черные строчки. Надо же, монитор…

— Кэтрин, да что с тобой такое? — не выдержал Каллеман и встряхнул меня за плечи. — Приди в себя!

— Да, милорд.

Я кивнула и постаралась выкинуть из головы посторонние мысли.

— Пошли, проверишь своих пациентов. Иначе опоздаем.

Каллеман подтолкнул меня к выходу.

В палате было тихо. Парни еще спали. Я осторожно проверила повязки, развела необходимые порошки, поставила их на тумбочки и посмотрела на мага.

— Можно идти. Перевязку Лодвику я попозже сделаю, пусть выспится, — тихо сказала я.

— Идем, — так же тихо ответил маг.

До кабинета мы дошли быстро. Вернее, это я думала, что быстро, но Каллеман ворчал и все время подгонял меня, обзывая копушей. Возможно, он был прав. Две бессонные ночи сказались на моей расторопности, и те два часа, что я поспала вчера днем, ничуть не исправили ситуацию.

— Постарайся вести себя незаметно, — закрыв за мной дверь, посоветовал Каллеман. — Вот, садись сюда, — он отодвинул стул, — и сделай вид, что разбираешь бумаги.