На какой-то из этих крутящихся по кругу восторженно-возвышенных мыслей Виталий и отключился.

Не ведающий жалости и сантиментов Терентьев разбудил его ровно в полвосьмого утра.

— Подъем, стажер! Операция «База», день второй!

Виталий вскинулся на узкой откидной полке с бортиком.

— Давай, продирай глаза, мойся-брейся и на перекус в аппаратную. Днем некогда будет, как обычно.

Терентьев вышел; Виталий помотал головой, стянул куртку и побрел в дальний конец кунга, где у «Платанов» обыкновенно располагался санузел. На оставшихся полках истово дрыхли солдатики, причем не те, рядом с которыми Виталий засыпал, — видимо, ночью сменился караул.

Умытый, свежевыбритый и благоухающий лосьоном, Виталий поспешил в аппаратную. Там уже сообразили чай, все те же галеты с паштетом, разогретую на сковороде гречневую кашу да плюс еще банку каких-то незнакомых Виталию маринованных овощей наподобие помидоров, только густо-фиолетового цвета. Спирт с утра не потребляли, и в целом Виталий этому весьма порадовался — день обещал быть интересным, да и начинался с визита к высокому начальству, какой уж тут спирт!

— Ну как, стажер? — невзначай поинтересовался мастер. — Что снилось?

— Ничего, — честно признался Виталий. — Помечтал минут пять — и как в яму. А потом ты меня разбудил.

Терентьев пытливо глянул Виталию в глаза и ничего больше не спросил.

К восьми сорока «интенданты», ну и Заварзин, конечно же, как раз подходили к посту «Вомбата» перед КШМ-кой командующего. Виталий всю дорогу размышлял о вчерашнем и пытался предугадать сегодняшнее. Очень хотелось, чтобы мастер снова задумал какую-нибудь рискованную вылазку, чтобы было страшновато, но при этом во что бы то ни стало требовалось бы выполнить для общей пользы что-нибудь важное, вот этими самыми руками. Только желательно, чтобы сегодня ему вручили не лопату, а что-то посерьезнее.

За спинами двух дюжих пехотинцев-караульных чуть не приплясывал от нетерпения майор Джексон.

— Ну наконец-то! Командующий вас ждет, проходите скорее.

Терентьев украдкой переглянулся с Виталием.

«Начинается?» — подумал тот с растущим воодушевлением.

Они вошли в КШМ-ку; адмирал восседал на привычном месте, словно и не уходил со вчерашнего дня. Напротив него спинами к вошедшим сидели двое мужчин. Сначала Виталий решил, что это ученые, но потом сообразил, что оба одеты в незнакомую униформу, похожую на военную, только безо всяких знаков отличия.

Едва Терентьев, Виталий и Заварзин вошли, эти двое синхронно повернулись в креслах.

Оба были сравнительно молодые, старше Виталия лет на семь-десять, а Терентьева однозначно немного моложе, подтянутые и чем-то неуловимо похожие друг на друга.