— Вот ты недалекий! Я ТА САМАЯ ЛИЛИТ! Ну, теперь понял?

Лёха ничего не понял, и это было явственно написано на его лице.

— Ну! — попыталась подсказать Лилька. — Первая жена Адама, Демоница, Суккуб, Призрак ночи, Кабалла, Ветхий Завет, Книга Пророка Исайи глава 34, стих 14. Что, вообще ничего? Никаких проблесков?

— Жену Адама звали Евой, — торжествующе сказал Лёха, который решил блеснуть эрудицией.

— Да что ж за олух, — с тоской сказала Лилька. — Ну, ни хрена в мифологии не сечёшь. Ева, эта коза, у меня мужика отбила, и потом залетела по-быстрому. Понял? — и сочувственно добавила: — Ведомственный ВУЗ, да?

— Да дался вам всем мой ВУЗ! — взорвался Лёха, которого не на шутку начали обижать эти намеки на плохое образование. — Я на опера учился, а не на священника! Мне твои Кабаллы сто лет не приснились.

— Придется выучить, если жить хочешь, Лёшенька, — ласково и многообещающе сказала ему Лилит. — И ты мне прилично должен, гад такой!

— Вон, в кармане, забирай все, — заявил ей Лёха.

Лилька резво вскочила и вывернула карманы.

— Пятьдесят семь рублей сорок четыре копейки? Да ты издеваешься, что ли?

— Ух-ты, счет пополнили, — восхитился Лёха. — Мелочь, а приятно.

— Ты у меня жизненную силу двух вахтовиков из Заполярья скачал, а мне завтра план сдавать! — горько зарыдала Лилька, уткнувшись в подушку. — Что теперь делать? Она же с меня шкуру спустит! Знаешь, как это больно? А новая потом почти две недели нарастает!

Впрочем, вскоре она закончила реветь и теперь сидела на кровати, обняв стройные ножки и хлюпая носом.

— Ты что заканчивал? — внезапно спросила она. — Не Воронеж случайно?

— Нет, Питер, — сказал ей Лёха.

— Это на Пилютова корпус? — со знанием дела поинтересовалась Лилит.

— А ты откуда знаешь? — удивился майор.

— Да я туда в прошлом году не поступила, — пояснила та.

— Физуху, небось, завалила? — спросил Петров. — Там нормативы зверские.

— Не, я сотку за десять секунд бегаю, и подтянуться могу раз сорок.

— Экзамены, что ли, не сдала? — удивился Лёха не на шутку. — Абитуриенты этого факультета в основном сыпались на физподготовке.

— Да нет, все сдала, — вздохнула Лилька. — У меня же айкью под сто семьдесят.

— Так в чем дело? — Лёха ничего не понял.

— Сказала же, не поступила! Ты что, не видишь, чем я на жизнь зарабатываю? Я все время куда-то не поступаю, каждый год. Что тут непонятного?

— Да, нелегко тебе, — посочувствовал Лёха. — Завязать не думала?

— Да я уже и привыкла как-то, — призналась Лилька. — Работа ненапряжная, местами даже приятная. Как сегодня вот…

Они помолчали, потом снова помолчали, а потом Лилька сказала: