— Борис Николаевич, у нас целая рубрика создана. Сам Несмеянов и ведет.

Плотников с нескрываемым интересом ко мне поворачивается:

— Ты и писать умеешь?

Булганин приходит ко мне на помощь

— И неплохо, как отзываются наши журналисты.

Скромно добавляю:

— Хочу летом на журфак поступать.

— А что, идейно подкованные комсомольцы нам в прессе нужны. Дерзай!

Краем глаза замечаю, как кто-то из обкома ставит в блокноте галочку. Похоже, что студенческий у меня уже в кармане.

— Фу, пойдем сто грамм тяпнем. Как гора с плеч свалилась.

Постепенно бледность на лице Василия сменялась румянцем.

— Я не пью.

— Видел я первого числа, как ты вермут не пил. И на сиськи Лидкины не пялился.

— Ну а как перед таким великолепием устоять? Есть на свете такой человек? Покажите мне его!

— Позер! Сока возьму. Разговор есть.

Мы прошли в обкомовский буфет. Сюда уже просто так не войдешь, но Пермякова знают. Он берет себе бутерброд, кофе и пятьдесят «Плиски», болгарского бренди. Мне же достается стакан томатного сока и бутер с сыром.

— Летом останешься один.

— Чего так?

— Мне сказали, что в Москву забирают. Твоя «Вахта памяти» на самом деле прогремела, наверху заметили. Так что скоро станет всесоюзным движением.

— Тогда чего такой мрачный?

— Больно все стремительно. Подниматься надо постепенно. У меня ни знакомств, ни связей.

Здрасьте, приехали! Вот от кого не ожидал когнитивного диссонанса, так это от комсомольского секретаря.

— Вася, — смотрю прямо ему в глаза, — ты справишься. Не мне же за вас отдуваться?

Василий загадочно уставился на меня:

— Ты знал! Так и так останешься отцом-основателем в памяти. А работу будут выполнять другие.

— Можно и так выкрутить.

— В Москву хочешь? Мне свой человек там понадобится. Мы вроде сработались.

Делаю вид, что думаю:

— Сначала выучиться нужно и практику получить.

— Так и Москва не сразу строилась. Постараюсь подтянуть тебя в какой-нибудь центральный орган печати. Мне же много придется с прессой контактировать. Связи так или иначе появятся.

— Буду рад с тобой поработать.

Мы довольные друг другом пожали руки. Мне же стало немного стремно. Не слишком я тороплю события? Прав Вася, высоко забираться — далеко падать.

Со специальным корреспондентом случился небольшой казус. Вечер по приезде он провел с Пермяковым, поэтому наутро был несколько помят. Я посмотрел на спецкора, на растерявшуюся Наташку и пригласил его в то модное кафе, где мы были еще в сентябре. Днем там есть свободные места. Я уже выглядел как студент, в свободных брюках и водолазке, купленной на второй гонорар. Наташа также выделялась на фоне остальных ростом и статью. После нашей близости она как-то стала выглядеть иначе. Проявилось женское начало.