— Благодарю, Тебе, Господи Боже наш, за все благодеяния твои, которые сызмальства до нынешнего дня над нами, недостойными, совершились…

Орлов перекрестился и взирал на Василия Петровича, к которому так стремился попасть, наслышавшись о его лихости и удачливости.

Сразу, как только стало понятно, что Дарданелльская операция завершилась полным разгромом неприятеля, Петр Семенович стал проявлять, ранее ему не свойственное — дипломатию. И помогал генерал-фельдмаршалу в этом Григорий Александрович Потемкин. Быстро простившись со своим учителем, дав указания по бальзамированию Светлейшего князя Христофора Антоновича Миниха, Потемкин активнейшим образом включился в непростое дело послевоенного устройства отношений с турками.

Самое первое требование, которое было выдвинуто ожидающим скорой русской атаки туркам, было то, чтобы Турция не только пропустила русские войска к своим восточным границам, но и обеспечила фуражом русские войска. Цепляясь за хоть какую, но возможность не быть полностью поглощёнными Российской империей, турки моментально согласились на такой шаг, небезосновательно полагая, что подобный жест даст возможность более благоприятных переговоров в будущем.

Быстрым маршем войска Петра Семеновича Салтыкова выдвинулись к реке Аракс, перерезая снабжение и пополнение англо-персидским войскам, угрожая им с тыла. Нельзя сказать, что маршевые колоны русской армии прошли через Турцию беспрепятственно. Население, особенно в центральной части турецкого государства, в Киликии, весьма болезненно встречало новости о новом поражении своей армии и были случаи, когда мелкие отряды турок, образовывавшиеся стихийно, начинали пакостить войскам Петра Александровича Салтыкова. Пару раз приходилось прибегать к помощи сопровождающего от турок Ахмед-паши. Но добрались быстро.

Пусть Салтыков еще не начал активные боевые действия, ожидая большей части артиллерии и того, чтобы севернее англо-персов укрепился и пополнился корпус Капниста, но дни существования неприятеля были сочтены.

— Господин командующий! — обратился к Капнисту его адъютант, терпеливо ожидавший, пока генерал-аншеф закончит читать молитву.

— Докладывайте! — сказал Капнист, оставаясь на коленях.

Василий Петрович понял, что без сторонней помощи неспособен подняться, оттого думал, как избежать конфуза.

— Прибыл генерал-поручик Искандер Федорович Аккерманский, — удивленным голосом сказал адъютант.

— С корпусом? — вкрадчиво спросил Капнист, уже отказываясь верить в то, что происходит.

— Так точно. Точнее, дивизией. Видимо, «дикие» все же имели потери ранее, наверное, на шведской войне, — все еще недоуменно, неуверенно, говорил адъютант.