Так даже в России никто не воюет. Это крайне сложно и со стороны организации и взаимодействия. Именно поэтому, что наличествует немало рисков, Василий Петрович Капнист и решил все продумать самостоятельно, после себя же перепроверить, потом показать иным офицерам для критики. Генерал-аншеф считал, что вот здесь, под Тифлисом, перенаселенном городе, который принял в том числе и беженцев из Еревана и других поселений, решится участь всего Кавказа.

Капнист знал лишь слухи и обрывочные сведения о ходе противостояния России на иных театрах военных действий. Понял две вещи: везде жарко и даже изнутри есть зачатки серьезных бунтов, как на Юге Урала. Вторая правда — это то, что не следует уповать на помощь, по крайней мере в должном количестве. Было и третье, может, не столь очевидное, но вероятное — турки могут вновь попереть на Карс и иные крепости. Потому уменьшать там гарнизоны никак нельзя.

— Ваше Превосходительство! Василий Петрович! — взывал адъютант к командующему.

— Да! Да! Так что там у Вас? — спросил Капнист, внутренне злясь на то, что вновь выпал из реальности, что довольно часто происходит после ранения.

— Прибыл фельдъегерь от генерал-фельдмаршала Салтыкова, — доложил адъютант.

— Ну? Впускать его ко мне не собираетесь? — раздраженным тоном спросил Капнист.

Василий Петрович безмерно уважал Петра Семеновича Салтыкова. Именно после первой турецкой компании, когда еще бригадир Капнист отличился своими лихими конными атаками неприятеля, между прочим, Василий Петрович пошел в рост чинами и дослужился до генерал-аншефа. Но что даст письмо от Салтыкова? Пожелание удачи? Или Петр Семенович решил дать наставления и советы? Так для дельного совета нужно знать уйму условностей и местности и менталитета местного населения, специфики врага и его тактик. Эти персы куда как иные, чем десять лет назад. Это, по сути, большей частью те же англичане, только более смуглые, но мало отличимые по поведению в бою. И что может советовать генерал-фельдмаршал?

— Позвольте сударь уточнить, что я никакой не фельдъегерь! И непременно пожелал бы вызвать Вас на дуэль, но война! После победы заключения мира, я в Вашем расположении! — распылялся премьер-майор Григорий Григорьевич Орлов.

— Подполковник! Смирно! — прикрикнул Капнист.

Орлов встал, как вкопанный, лишь его зрачки блуждали, осматривая палатку. Пить и есть! Сутки он тростинки во рту не держал.

— Доложитесь по форме! — приказал Капнист.

— Премьер-майор Семеновского гвардейского полка, ныне прикомандирован к Лейб-кирасирскому полку. Прибыл в Ваше распоряжение, — отчеканил Орлов.