Ничего ему не ответил. Вторую руку он приковал следом. Интересно, я могу колдовать ногами?

Самое время было проверить.

— Пошлешь к черту?

— Именно.

Ногами не получилось…

Вит прислонился к стене, выпрямился во весь рост. Облегченно выдохнул.

— Зачем тебе это, uomo? Что ты защищаешь? Кого ты защищаешь? Как зовется твоя страна, парень? Kazarmia?

Он расхохотался собственной шутке. Вопрос был объективен.

— Хочешь, я перечислю те варианты ответов, что крутятся в твоей голове? Ты достаточно genia, чтобы не клюнуть на удочку пропаганды с ЕЕ уст. Думаю, первой мыслью было то, что ты soldato. Воин не выбирает войну, война выбирает воина — давний нерушимый закон.

Мое молчание было ему по вкусу.

— А вторым должно было бы стать «мы за права всех человеческих существ боремся». Это… interesante, не скрою. Но сколько раз ты бывал в Царенате? Что ты видел из его красот, прелестей жизни, чтобы сделать свои выводы? Всегда можно сказать: все это не стоит и слезинки кошкодевочки. Но кто у вас зверолюды? Чернорабочие, рабы и прислуга? Вы оказались не гуманней нас. Расчетливей, злее, практичней — может быть. Но не лицемерь, человечностью в родной для тебя дыре и не пахнет. Ты должен знать, у тебя самого хвостатая рабыня числится в «прислуге», а?

Я перевел на него взгляд, прищурился. Он выскочил передо мной, широко раскрыв глаза, не пряча природного артистизма.

— О, что я вижу на твоем viso? Удивление? Хочешь спросить, откуда я знаю? Ведь ничего подобного ты не рассказывал Хромии, правда? Лучше подумай, а правда ли тот «крот», на которого вы столь усиленно наяривали, один? И не может ли он сидеть повыше?

— Чего ты хочешь от Бейки?

— От Бейки? — Его лицо сверкнуло удивление, вмиг сменившись пониманием. — Ах, в этот раз Шарлинн решила изменить самой себе. Впрочем, в ее духе. Я всего лишь хочу ее смерти. Чем, по-твоему, следует награждать предателей?

— Предателей?

«Шарлинн не отсюда. Об остальном… лучше она сама тебе расскажет».

— А Шарлинн тебе не сказала? Какая досада, мальчик! Досада и забава: урожденная царенатка в командующих офицерах противоборствующей страны! Как думаешь dramma или ocassione?

— Глядя на вас, думаю, она выбрала правильную сторону.

Скарлуччи цокнул языком.

— Предательство не вопрос положительности. Хромия… хотела лучшего для своей страны, как и ты. Как и все другие! Это толкнуло ее на предательство. Собираешься ей простить за благие намерения, uomo?

— Иди к черту!

— Я передам… как ты сказал, она себя теперь называет? Bei-ka? Скажу, что ты причислил ее к лику нечисти. В остальном — ты прав, мне пора.