Они покинули торжественный зал и поднялись на третий этаж.

— Ничего личного, но я этих людей не знаю, — Таргус намекнул на свиту. — Предлагаю им отдохнуть у камина, в душевной компании вина и закусок. Брунхильда! Окажи содействие гостям!

Явились служанки во главе с Брунхильдой, одетые в честь праздника в парадное. Брунхильда молча кивнула и повела всех нести всё необходимое.

— Мне неловко оставлять людей… — стушевавшись, заговорила цесаревна Елизавета.

— Ответственность за последствия раскрытия некоторых деталей будем нести мы, а не они, — резонно аргументировал Таргус.

— Твоя правда, Карл Петер, — ответила Елизавета.

Таргус прошёл по своему кабинету, в соответствии с этикетом пододвинул стул садящейся Елизавете, а затем уселся в своё кресло и испытующе посмотрел на неё.

— Я могу дать один револьверный мушкет, — произнёс он. — Но только в качестве очень большого одолжения из родственных чувств. Не будь ты моей тётей, Елизавета Петровна…

— Я знала, что мы с тобой поладим, мой дорогой, — заулыбалась Елизавета. — Не буду скрывать, что это сильно улучшит моё положение при дворе Анны Иоанновны. На её мнение мне плевать, но несомненная польза…

— Это очевидно, — прервал её Таргус. — Но я хотел поговорить не об этом, тётушка. Мушкеты — это ерунда.

Елизавета хмуро посмотрела на него:

— Что может быть важнее мушкетов?

— Деньги, тётушка, деньги, — очаровательно улыбнулся Таргус.

Он эту улыбку часами отрабатывал перед зеркалом. На взрослых женщинах работает безотказно. Вот и сейчас Елизавета заулыбалась в ответ.

— Деньги — это всегда хорошо, — произнесла она, озабоченно посмотрев на ногти левой руки.

— Мы же родственники, а нет ничего важнее крови, — Таргус поднялся из кресла, прошёл к стальному сейфу, открыл его ключом и с напряжением, поочерёдно вытащил оттуда четыре мешочка. — Здесь две тысячи рейхсдукатов. Они твои, тётушка.

— Просто так? — настороженно спросила Елизавета, не отрывая глаз от развязанных Таргусом мешочков.

Четыре мешочка весили суммарно семь килограмм, что в его возрасте довольно тяжеловато.

— Разумеется, нет, — улыбнулся Таргус. — Мы не в сказочном мире, где маленький мальчик может передать своей тётушке две тысячи рейхсдукатов просто так. Есть необременительная работа, которая также может пойти тебе на пользу, тётушка. Анна Иоанновна, долгих лет ей царствия, не вечная…

— Охо… — только и смогла произнести цесаревна Елизавета.

— Надо будет разучить специальный шифр, — Таргус вытащил из стопки чистый лист и начал что-то писать на нём. — Выучи его здесь, тётушка, потрать хоть всю ночь, но этот лист не покинет кабинета. Писать это тоже нигде будет нельзя, всё должно храниться в твоей голове.