Ещё в германском языке была сложность с построением предложений. Точнее, сложности были у Таргуса, который пока не смог выявить механизм их построения. У него, конечно, имелось несколько догадок на этот счёт, но не хватало информации.

При этом назвать наречие варваров совсем уж тупым языком не получалось. В нём присутствовал некий налёт культуры: Таргус заметил несколько заимствований из латыни, правда, сильно исковерканных.

А ещё он однажды увидел местный алфавит, когда его «папаша» забыл на столе лист паршивой бумаги со своими записями. Буквы имели происхождение из латинского, но они формировали такую дичь, что Таргуса при попытке прочтения слегка замутило.

Он начинал ненавидеть этот мир…

// Герцогство Шлезвиг-Гольштейн, город Киль, 10 июля 1730года //

Таргус сидел перед репетитором и недоуменно смотрел на табличку с буквой «Zz».

— Я знаю, что это «Z»! — раздражённо выкрикнул он. — Старик, ты расскажешь мне о буквосочетаниях и порядке слов в предложении. Или я клянусь тебе… Клянусь тебе! Как только стану герцогом, запру тебя на остаток твоей поганой жизни в темницу!

К сожалению, этот германец не говорил на латыни, но рядом сидел святоша Ламберт, который как-то перевёл слова Таргуса на хохдойч. Видимо, он смягчил некоторые слова, потому что репетитор молча вытащил из кожаной папки новые листы с записями и перешёл к объяснению буквосочетаний, как и хотел Таргус.

За прошедшее время он накопил сравнительно неплохой лексический запас, но не обзавёлся знаниями о порядке построения предложений и вообще о синтаксисе хохдойча.

«Смешное название», — в очередной раз подумал Таргус. — «Такое можно услышать только от варваров».

Святоша переводил непонятные моменты, причём пришлось пойти с ним на контакт, чтобы добиться этого. Старикашка и «отец» всполошились в тот день, когда Таргус велел святоше делать то, что он ему говорит. Они явно на что-то рассчитывали, но Таргус послал святошу с его святыми писаниями куда подальше.

Впрочем, разговор с варварами стоил того: теперь, когда есть пусть и паршивый, но переводчик на благословенную латынь, изучение варварского наречия заметно ускорилось.

Ещё он узнал, что его, оказывается, зовут Карлом Петером Ульрихом, он является «сыном» герцога Карла Фридриха Шлезвиг-Гольштейн-Готторпского. Таргус о таком никогда не слышал, поэтому предположил, что находится в параллельном мире, где немытые германцы взяли верх над Римом. Мерзость, но в параллельных мирах бывает всякое.

Его уверили, что он является наследником этого Карла Фридриха, который спит и видит, как отжимает у неких датчан своё бывшее владение Шлезвиг. Последнее Карл Фридрих упоминал постоянно, при каждой их беседе.