Методы? А хрен его знает! В его арсенале были только открытость и честность, потому что в прошлый раз это сработало — мальчишки его выслушали и услышали. Вот и теперь — сумеет он максимально честно объяснить свою позицию, сможет помочь им пережить это время? А там кто его знает — может и они ему? Нужно суметь. Иначе, даже если протянут вместе какое-то время, то потом подрастут, уйдут в самостоятельную жизнь и уже отдалятся окончательно и бесповоротно. В лучшем случае — звонки по праздникам.

Решение пришло неожиданно, случайно можно сказать. Дело сдвинулось с мертвой точки, когда утром, в свой выходной, он увидел, как Дато встаёт и просто уходит собираться в школу, оставив на столе всё, как есть — крошки, скомканную салфетку и немытые тарелку с чашкой.

— А убрать за собой? — как-то даже удивился отец.

— Наталья придет готовить и уберет, — оглянулся сын.

— И это всегда у вас так?

— А что? Мама убирала… нет, я могу, если так нужно, — помялся сын, — а вообще… посудомоечные машины есть. Тупо накидал туда и фьюить…!

— Я над этим подумаю, — пообещал отец.

Полдня думал. Когда ребята пришли со школы и пообедали, он сам убрал со стола, вытер его, но их не отпустил — попросил остаться для разговора. Говорить, сидя на кухне, почему-то казалось теплее, здесь они были ближе друг к другу. Здесь он хорошо видел выражение их лиц и глаз — черных, с длинными ресницами, красивых, как у Нуцы.

— Так, мужики… сейчас будет разговор. Мелкие вопросы пока отложим, сейчас нужно принять глобальное для нашей семьи решение и говорить по существу. Нужно вместе выработать стратегию на будущее. Я буду предельно откровенен, от вас жду того же. Хочу знать ваше мнение, даже если считаете — это может как-то меня обидеть. Готовы?

— Готовы… давай, пап, — заинтересованно ответили мужики. И дрогнуло растроганно внутри, поплыло что-то расслабленно — им же просто интересно сейчас! То, насколько серьезным будет разговор, дети пока не понимают. Ну…

— Мама уехала, но забрала только свою одежду и мелочевку всякую… женскую и по работе, — трудно начал он, — это не потому, что я жмот. А потому что у нас есть только квартира — хорошая, большая, ну и машина тоже. Так получилось, что свободных денег нет — ушли на лечение Маши. Сейчас я не о том, насколько этично… или правильно я поступил — иначе просто не мог. Даже мимо котенка пройти на улице трудно, а тут человек… дорогой для меня. Маша, скажем так, до сих пор жива только благодаря нашим с вами деньгам. Так, — запустил он руку в волосы, — что-то я… не совсем справедлив, наверное — лечащий и медсестра у неё хорошие. Но деньги нужны. А надежды на еще кого-то просто нет — с мужем она в разводе, родители где-то в Воркуте. Отец бывший шахтер, болеет, мать вся во внуках — так вот… Ну, ваше мнение?