— Спасибо, Дина Аркадьевна! — сказал я. — Это ваша заслуга.

— И моя тоже, — согласилась она. — Но написал ты. Главный просил передать: рассказы поставим в ближайший номер. И не два, как планировали, а сразу четыре. Насчет книги можешь не беспокоиться. Думаю, уже летом выйдет.

— Нет слов.

— Ты, главное, не зазнавайся, Сережа!

— Не буду! — пообещал я. — С меня причтется.

— Да хватит уже! — засмеялась она. — Я твои гостинцы целую неделю ела. При том, что половину Боре отнесла — он любит деревенское. Будешь в Москве, заезжай! Не забывай старуху!

— Не забуду! — пообещал я и положил трубку.

Дома я сообщил Лиле о состоявшемся разговоре. Глаза у нее стали огромными. Пришлось доставать коньяк и отпаивать любимую.

— Как же это, Сережа? — бормотала она. — Сам генеральный секретарь!

— Он прочел, что ему написали помощники, — пояснил я. — Думаешь, у Брежнева есть время смотреть «Юность»? Помощники посчитали, что помянуть повесть молодого писателя будут идеологически правильно. Только и всего.

— И что теперь будет?

— Хорошо будет, — заверил я. — Если ковать железо, пока горячо.

«Железом» я занялся назавтра. По пути на работу купил в киоске «Правду». Пришлось заплатить четыре копейки — номер с речью генерального секретаря вышел толстым. В разделе о литературе я обнаружил нужную фразу. Дина Аркадьевна процитировала ее точно. Я подчеркнул нужное и ближе к обеду отнес газету в комитет комсомола.

— Правда, про тебя? — засомневался секретарь.

— Никто больше в СССР про балерину и рабочего не писал, — сообщил я. — К тому же мне из Москвы звонили, поздравляли.

— Подожди здесь! — сказал секретарь, схватил газету и убежал. Я догадался, куда. Не ошибся. Через пять минут меня пригласили в партком. Рядом с секретарем сидел сияющий «комсомолец». Его можно было понять. Заводской комсомол вырастил писателя, которого оценили в ЦК КПСС. То, что сам секретарь не имел к этому малейшего отношения, «комсомольца» не смущало. «У победы много отцов…»

— Присаживайтесь, Сергей Александрович! — секретарь парткома пожал мне руку. — Николай сообщил мне радостную новость, — он ткнул в лежавшую на столе газету. — Поздравляю!

— Спасибо! — поблагодарил я.

— Замечательно, что в коллективе нашего орденоносного завода вырос такой талантливый писатель. Будем рады помочь. Есть просьбы?

— Есть, — сказал я. — Недавно женился, снимаю квартиру. Я и супруга прописаны в общежитии. Но там требуют выписаться, а нам не к кому обратиться, чтобы сохранить минскую прописку: родственников в Минске нет.

— Вопрос — ерунда, — сказал секретарь и бросил взгляд на «комсомольца». Тот в ответ закивал головой. — Решим. А вот жилье обещать не могу — трудно с ним. Очередь большая.