— Он и мне это рассказывал, — кивнула Лиля.

— Вот видишь! — вздохнула Маша. — А знаешь, чем конференция закончилась? Девочки рванули к нему, окружили и стали глазки строить. «Ой, Сергей, нам так интересно было! Можно с вами еще встретиться?»

— А он? — чувствуя ледок в груди, спросила Лиля.

— Отговорился занятостью. Но девочкам улыбался. Смотри, Лилька! Уведут.

— Нет, — сказала Лиля, подумав, — не получится.

— Это почему?

— Он меня любит.

— Это всего лишь слова.

— А он их и не говорил.

— Правда? — изумилась Маша.

— Напрямую — ни разу. Но зато другие… Говорит, что я — чудо. Что одна на миллион. Что я солнышко золотое, зайка пушистая, птичка певчая. На руках меня носит.

— Да ну? — не поверила Маша. — Не видела.

— Так он наедине. Говорит, что я как перышко, и он готов носить меня всю жизнь.

— Да-а… — завистливо протянула Маша.

— В деревне он за меня подрался. На танцах к нему прицепился один мой бывший ухажер. Ну, как ухажер? — Лиля сморщилась. — Это он за мной бегал, а я на него даже не смотрела.

— И что Сергей? — поторопила Маша.

— Воткнул его головой в сугроб.

Маша захохотала.

— Он очень заботливый, — продолжила Лиля. — Как ни приду в гости, накормит, напоит. Кто из парней так делает? Больше смотрят, чтобы их покормили да еще бутылку поставили. Сергей и готовит хорошо. Причем видно, что ему это в радость. И как странно на меня смотрит! Как папа. Иногда мне кажется, что я ему дочь, а не невеста.

Лиля помолчала.

— Он очень скромный. Его медалью в армии наградили, а он не говорит, за что. Мне Юзефа Ивановна рассказала. В армии учения были, солдаты боевые гранаты бросали. Сергей, как командир отделения, присматривал. Один молодой солдат с испугу уронил гранату себе под ноги. Сергей ее сапогом в сторону отбросил, сбил молодого с ног и собой прикрыл. Граната разорвалась, ему осколками спину раскорябало. Шрамы остались, я видела.

— Когда? — заинтересовалась Маша.

Лиля смутилась.

— Да ладно, — сказала Маша. — Заявление подали, с родителями его познакомила, теперь можно спать вместе. Даже я слова не скажу. Эх, Девойно! Ты четвертая, кого я из этой комнаты замуж выдаю. А сама… — Маша всхлипнула.

— Что ты? — Лиля пересела к подруге на кровать и обняла ее за плечи. — Будет и на твоей улице свадьба.

— Кому я нужна? — пожаловалась Маша. — Никто даже не смотрит.

— И на меня не смотрели, — сказала Лиля. — Забыла? Теперь завидуют.

— Твои бы слова да богу в уши! — вздохнула Маша. — Поделись счастьем, а?

— Запросто! — ответила Лиля. — Сколько хочешь.

В тот миг она даже не подозревала, насколько пророческими станут ее слова…