Возвращаясь к компам. Очень смутно припоминаю, что у ZX-Spectrum, перевернувшего мир многих русских мальчишек в девяностые, были какие-то малознакомые мне родственники. Точно так же в формате клавиатуры, которую надо подключать к телевизору и кассетному магнитофону.

— Знаешь, что еще круто, приятель? — почесал я пса за ухом. И ничуть он не страшный. Улыбака почище любого корги. Привыкнуть надо только.

— Гав! — его ответ, безусловно, «хочу еще вкусняшку». Не стал жадничать. Пёс — еще один мой друг, если задуматься. Самый преданный и надежный, который при любых условиях будет на моей стороне и откусит обидчику его хуэвос.

— Мультиплатформа, Дюке. Зачем продавать Тетрис только для одной линейки компов, если я смогу его написать хоть под кофеварку? Если у нее есть экран и кнопки, конечно. Вот, Atari 2600, например. Я про нее помню только название и то, что через пару лет они закопают кучу картриджей с дерьмовыми играми в пустыне, за чем последует финансовый крах. Но сейчас-то они на коне. Хочешь, мы с тобой купим Атари, чтобы не строить игровую империю с нуля? Но это так, мысли вслух.

— Гав! — одобрил пёс.

А я, дождавшись окончания Магнума, продолжил постигать мир телевидения восьмидесятых. Остальной контент чувства восторга, замешанного на ностальгии, уже не вызывал, но всё равно вполне годным оказался. Сериал «Саймон и Саймон» мне понравился, например. Классический такой процедурал про двух братьев-частных детективов.

Единственное, что помимо рекламы расстраивало — качество картинки и размер экрана, который еще даже плоским быть не научился. Выпуклый такой кинескоп. Временные неудобства, пока не разбогатею. Наверняка большие и плоские телики уже существуют, просто стоят, как крыло от боинга.

Гектор минувшей ночью домой так и не приехал. Я даже волноваться начал, не убили ли его там. Не вполне мой, но всё же брат, да и мужик нормальный.

Кофе, короткая прогулка с Дюке, велик, клятва флагу…

Ой, не просто так пендехостанцы фильм «День Сурка» придумали. Одна единственная, орале, неделя в неизменном темпе — и уже эта одинаковость утомила. Нет, в жизни русского разраба за сорок то же самое присутствует. Но у нас общая нестабильность всего и вся какое-то разнообразие вносит. А тут я прямо заскриптованным неписем себя почувствовал, даже несмотря на кучу свалившихся проблем и общее попадалово. Готовят американины детишек к унылой взрослой жизни, начиная со школы. Чтобы привыкали жить по распорядку и не дергаться.

В коррекционном классе доели с Кимом остатки пиршества Елены. А на субботу у меня борщ планировался, но всякие нехорошие бабосо назначили мне штрафное посещение кабинета для самоподготовки.