Я, кажется, сообразил, в чем дело. Он на самом деле физрук и, скорее всего, неплохой, разбирающийся в своём спорте, знающий все номера клюшек и лунок или что там еще в гольфе необходимо. А историком его записали, чтобы платить оклад за две ставки. Ну как можно накосячить там, где всех делов-то — орать о красной угрозе и приносить ежедневную присягу. Может быть, и ошибаюсь.

Заместитель директора Скиннер — фамилия прямо как в еще не вышедших на экраны Симпсонах — выглядел приличным человеком. Аккуратный костюм, галстук, значок с американским флагом, тронутые легкой сединой волосы, зачесанные на пробор, благожелательная улыбка, показавшаяся мне фальшивой. На стене его кабинета в административном корпусе висит сразу два флага — стандартный американский и флаг НКР, на котором двухголовый медведь потерял одну голову.

Ну ладно, ладно, изначально одноголовый медведь. Просто флаг штата Калифорния. Но «Black Isle Studios», разработчикам легендарной Фоллаут, я в новой реальности развалиться и обанкротиться постараюсь не позволить. Они мне сделают настоящий Фоллаут 3, с изометрией и немыслимой свободой действий. Хотя и трехмерный вариант от «Беседки» я хейтить не склонен. Нормальный клон Морровинда-Обливиона-Скайрима, воспоминания оставил приятные.

— Мистер Колон, объяснитесь, — жестко глаза в глаза уставился Скиннер. У нас тимлид так смотрел, когда считал, что разрабы налюбливают его с оценкой сроков и есть вариант, как сделать быстрее.

— Небольшой спор связанный с математикой, сэр. Признаю свою вину и готов понести справедливое наказание, — вытянулся я по струнке, — и раз уж речь зашла о математике… Скажите, возможно ли сдать долги другому учителю? Мистер Миллер — он придирается ко мне из-за личной неприязни, вызванной, скорее всего, моими действиями. Я был не прав, сэр. Но разве Америка — это не страна, дающая вторые шансы?

— Решите ваши проблемы самостоятельно, мистер Колон. Пусть это будет вам уроком, — не проявил ни тени жалости Скиннер. — А сейчас вам в класс самоподготовки до конца уроков мисс фон Штейн, — отчеканил мужчина.

И все разговоры. Вот же пендехо гринго!

В кабинете номер 104, уже ставшим почти родным, я застал старого знакомого. Бледный как смерть Ким сидел на обычном месте и что-то мулевал на листочке. Где он-то сегодня накосячить успел? Где он вообще ежедневные отработки заслужил? Отбитые чиканос и те в обеденный перерыв меняются постоянно, а этот доходяга здесь как поселился.

— Привет! — попытался я быть дружелюбным. Пацан такой весь забитый и тощий, что захотелось как-то его подбодрить. Может быть, даже вообще подружиться. Азиаты часто умные и ведут себя взрослее биологического возраста. Да и изгоям надо держаться вместе.