— Привет, я Крис, — помахал всем максимально дружелюбно.

— Знакомьтесь, класс, нас навестил мистер Колон. Ему сегодня хватило ума и смелости не только подраться, но и вызвать вашего преподавателя на матч, — Миллер, сидящий за учительским столом, находился в прекрасном расположении духа.

— Но сэр, вы же участвовали раньше в чемпионате штата, вас никто не способен победить! — подобострастно заявил пухлый блондин, сидящий рядом с учительским столом.

— Шахматы — игра, где обе стороны равны перед началом партии, мистер Харрис. Всё зависит лишь от воли и разума игроков. Считайте происходящее особым уроком. Мистер Колон, может быть, и не имеет больших шансов на победу, но уверен, что покажет вам, что значит проигрывать с достоинством.

Не уверен, сарказм сейчас математик использовал или в реальности оценил мою волю к победе. В самых дерзких мечтах он мог бы и вовсе независимо от исхода матча мне отметку исправить.

Но полагаться всё же стоит на себя. И суперкомпьютеры. Если Миллер и в самом деле участвовал в чемпионате штата, он наверняка очень хорош. Лучше, чем я в прошлом, скорее всего. Но мы с ним будем играть в совершенно разные шахматы. Казалось бы, тысяча лет правилам, что там могло поменяться?

Но в 80-х это была совсем другая игра. Сражение отчаянных романтиков, полководцев-идеалистов, ценящих свои войска и видящих красоту за расстановкой фигур. А затем появился компьютер Дип Блю, обыгравший тогдашнего шахматного чемпиона, что стало только началом. Машины становились всё быстрее и быстрее и по их расчетам некоторые считавшиеся провальными тактики показывали высокую эффективность. Добил классическое представление о шахматах бум нейросетей, совершенно изменивший игру, не трогая ее правил.

Начали мы с Миллером с классического дебюта. Ему достались белые, и после первых пяти стандартных ходов Испанской партии я неожиданно двинул вперед крайнюю правую пешку на королевском фланге — сходил на h5. Безумие с точки зрения шахматиста, воспитанного на матчах Бобби Фишера и Ботвинника.

— Взгляните, молодые люди, мистер Колон только что сделал удивительно бессмысленный ход — он отдал мне инициативу в центре, позволив беспрепятственно занять клетку d4, не добившись совершенно ничего. И пусть все фигуры у нас пока на месте, вы понимаете важность контроля центра доски.

Статичный контроль центра пешками не так важен, как сумасшедшая динамика и инициатива, что десятилетия спустя докажут шахматные нейросети АльфаЗиро и Стокфиш.

— Я просто играю так, как мне показала мисс Джулай, — пожал я плечами.