Руки и ноги все еще оставались как будто отлитыми из чугуна, но дотащил бренное тело до кухонного стола и брякнулся на табурет. Мексиканка поставила передо мной огромную дымящуюся тарелку супа с ну очень крупно нарезанными овощами. Половинка картофелины, третья часть морковки, четвертинка кукурузного початка. Сомнительно, что стряпуха специально соблюдала прогрессию.

— Съешь целиком, иначе завтра Линду к тебе не пущу. Компренде? Рассказать как она устроилась?

— Да, пожалуйста.

— Я к Трейси и Кармен поболтать бегала. Они обе в шоке от того, какая новенькая худенькая, а Трейси счастлива, что она теперь не самая младшая и можно начинать поучать малявку. Обещали научить одеваться и быть женщиной, а не школьницей. Но ты ей скажи — пусть лучше меня слушает. Что они вообще понимают? Обижать не станут, не беспокойся, но обнаглеть могут. Еще я к Гло заходила, она считает, что чиките полезно пожить самостоятельно хотя бы какое-то время, а не сидеть у вато на шее.

Супчик я доел. С трудом, но осилил. Главной проблемой стали громадные куски овощей — их я разламывал ложкой прямо в тарелке. Очень сытно, на густом курином бульоне. Из кубиков «Галина бланка», скорее всего, но пофиг, ничего в них плохого не вижу. Начало снова клонить в сон, но оставалось еще кое-что.

— Дай телефон, пожалуйста, — попросил я Елену.

— Так вот зачем ты прикрутил длинный провод! Хитрец!

Женщина принесла мне аппарат. Домашний номер Линды я запомнил, хотя и звонил всего пару раз. Каким бы мудаком ни показал себя мистер Ким, лучше не держать его в неведении, а то наделает глупостей, например, объявит дочь в розыск. Там по пендехостанским правилам вроде бы свои нормы, что-то про 48 часов отсутствия, и копы не бросятся так запросто взрослую девушку искать. Но лучше сразу утрясти без конфликта, если возможно.

На дозвон ушло около пяти минут, у трубки явно никто не дежурил.

— Швейный цех Ким, — наконец услышал я почти спокойный женский голос, уже мне знакомый. Мачеха Линды, Ким Хеджин.

— Добрый день, мэм. Не могли бы вы позвать к телефону мистера Кима? Разговор крайне важный и не терпящий отлагательств, — хотя внутри всё понемногу закипало, я постарался оставить голос спокойным и вежливым, как на созвоне с вредными, но денежными заказчиками, постоянно присылающими правки к ТЗ, если послать которых — менеджер взбесится. Надеюсь, я звучу достаточно взросло.

— Кристобаль, ты что творишь, бабосо⁈ — зашептала Елена, я только отмахнулся.

— Джонатан Ким слушает, — спустя не более, чем минуту ожидания, услышал я в трубке.