— Точно! — лукаво прищурился Чарли. — А как думаешь, чего захочет твоя мама, когда попадет в Красный Мир?

— Когда попадет? — нахмурился Мишка. — Она не должна сюда попасть. Но если бы попала, то захотела бы немедленно увидеть меня. Или услышать…

— Бинго! — расцвел в улыбке Чарли, протягивая ему телефон. — Говори!

— Мама? — неверяще спросил Мишка.

2047 год. Реальный мир. г. Финстервальде. Германия. Неделю назад.

Анна Кляйн шла на заброшенный завод, где уже давным-давно вместо дисциплинированных рабочих окопались бродяги и уличные банды. Ее тело словно обрело новые силы, изрядно подточенные ожиданием эвтаназии. Невысокая худенькая женщина в дешевом платье смотрелась на заводе настолько дико и чужеродно, что крепкий парень, стоявший на входе в бывшее знание администрации, даже выругаться позабыл. Так он был удивлен.

— Вы, фрау, чего здесь забыли? — спросил он, донельзя изумленный видом посетительницы. Тут такого не случалось еще никогда.

— Мне нужен Гюнтер Вайс, — твердо ответила Анна.

— Вы уверены? — прищурился бандит. — Может, пойдете домой подобру-поздорову. Я вас даже до выхода провожу, чтобы ненароком не обидел никто. Тут много всяких негодяев ошивается.

— Скажите Гюнтеру, что к нему пришла фрау Кляйн, его учитель математики.

— Не знал, что босс ходил в школу, — почесал затылок парень. — Надо же. И ведь сроду не подумаешь!

Он вернулся минут через пять и повел Анну по облезлым коридорам, где большая часть дверей была выломана. Впрочем, кабинет Гюнтера, босса самой большой банды города, состоявшей из местных, напоминал офис средней руки. Тут даже компьютер стоял, который явно запитали от ветряка, который громыхал разбитым подшипником где-то на крыше. За столом сидел коротко стриженый здоровяк с переломанным носом и еще двое парней, которые не сильно от него отличались. Это были очень опасные люди, и Анна невольно поежилась.

— Фрау Кляйн, — Гюнтер даже привстал из-за стола в знак приветствия. — Какими судьбами?

Гюнтер казался страшно удивленным, а его друзья и вовсе уставились на Анну так, словно она была привидением. Невысокая сухонькая женщина смотрела на бандитов прямо и уверенно, как смотрят люди, которым нечего терять.

— Я к тебе с просьбой, Гюнтер, — сказал она. — Ты, конечно, считался в школе отчаянным сорванцом, я это хорошо помню. Но у тебя всегда было доброе и справедливое сердце.

— А? — неприлично раскрыл рот босс местной мафии. — У кого доброе сердце? У меня, что ли?

— У тебя, у тебя, — кивнула Анна. — Мне ли не знать.

— Чем я могу вам помочь, фрау Кляйн? — вежливо спросил Гюнтер. На лице бандитов по-прежнему было написано неописуемое удивление.