Но доспехов, увы, найти не удалось. Вероятнее всего, «непонятные железяки» так и гниют где–то в кузове машины. А жаль. Но не обыскивать же все машины по пути. Тем более, что нам предстояло еще одно дело.

— Волохай, прием! Волохай! Это Джей!

Ответом мне была лишь статика. Странно. Этого хитрована можно было обвинить много в чем, но точно не в небрежении делом. На связи он сидел всегда…

— База — ответьте Джею. Срочное дело! Прием!

— Джей, это Пряник. У тебя что–то срочное? — голос в канале был явно на взводе.

— Мне нужен Боб и Фил. И куда делся Волохай? Вроде же он на связи круглосуточно дежурит…

— Дежурил — выделил окончание фразы Пряник. — Теперь не дежурит. Джей, боюсь, что Вовы сейчас просто нет на связи, и не будет еще какое–то время.

— Да что у вас там случилось то такое?

— Вова вернется — все сам тебе расскажет. Сейчас я схожу за Филом. Не отходи далеко от рации.

Ждать пришлось около получаса. За это время я успел себе сгрызть ногти по локоть от нетерпения. И перебрать пару десятков вариантов, что могло произойти на базе, но не прийти к какому–то конкретному выбору.

— Джей, здесь Илья. Что такого срочного у тебя случилось? Если это не сверхважная задача, то сразу говорю, оно не интересно, у нас тут проблемы, и серьезные.

— Да что вы с Пряником заладили то? Суток не прошло как я уехал, а у вас уже серьезная проблема. Может, мне вернуться?

— Жень. У тебя есть задача. Занимайся ей. Ты меня зачем вызвал вообще?

— Зачем–зачем. Тут такая история. — я пересказал ему все, что знал про «Старика» и собственные впечатления. Из голоса Ильи тут же пропал весь скепсис.

— Не вздумай ничего сжигать, ты сдурел что ли? Это ценнейший экземпляр!

— Это монстр и людоед. Ты уверен, что сможешь это исследовать безопасно для окружающих? Может, я таки его спалю, а тебе кусочек оставлю, а? — я не мог не подколоть Филлимонова. Но он не повелся.

— Так, Джей, побудь для разнообразия не питекантропом с автоматом, а? эта твоя тварь и монстр — выражаясь твоим языком — офигенски важная хрень. С ее помощью можно понять многое про мутов. Так что слушай меня. Сделаешь вот так.

Филлимонов минут двадцать мне диктовал, что конкретно надо предпринять с телом мута. Мне это быстро надоело, и я всячески подначивал его, пытаясь разозлить. Не знаю, зачем я это делал, но сдержаться было выше моих сил. Тем не менее научник, скрепя зубами, продолжал говорить ровно и спокойно. Наконец он закончил, и задал дурацкий вопрос, которого я долго ждал:

— Ну, ты все понял?

— А…не. Повтори пожалуйста с самого начала. Я не вслушивался.