— Исполнители. Помощники. Огневое прикрытие. Грузчики в конце концов. Ничего такого, о чем вы не сможете рассказать потом своей маме. При этом все, что я вам выдам, обратно не попрошу, и с меня патроны на время операции.

— Честно говоря, я все равно не понимаю, на кой черт оно тебе, но… предложение щедрое. По нынешним временам мне кажется, что вообще царское. А машину после того как все закончится — ты заберешь?

— Нет. Вы оплачиваете лечение и эвакуацию своим участием. Заберете себе и пушки, и тачки. Они мне не нужны, и это моя личная добыча, не коммуны. Так что проблем не будет.

— Тогда я пошел, переговорю с ребятами. Все-таки это не тот случай, когда я могу решить за всех.

— Иди.

Когда Пейн отошел, я еще раз задумался о своих действиях. Возможно, он прав кое–в чем. Стоит ли оно того — тащить с собой незнакомых людей. Но если не тащить, то в любой ситуации придется рисковать членами нашей маленькой группы. И все время решать, что в приоритете — прикрытие, штурм, готовый к оказанию срочной помощи медик. И не уверен я в том, что сделаю всегда правильный выбор, ведь если погибнет та же Аня — я себе этого не прощу. Макс тоже стал мне дорог за последнее время. Леха все-таки больше прикрытие и разведка, и посылать его в атаку, например, я готов только от полной безысходности, а от Оли я пока не знаю, чего ждать, не выглядит она способной сражаться, честно говоря. Пожалуй, тут риск взять с собой чужаков все же оправдан. Если они выживут — станут неплохими бойцами. Пора мне обзаводиться своей командой, и почему бы не начать прямо сейчас? Не выживут…ну, значит судьба такой, да?

Стоящая возле бессознательного раненого Аня посмотрела на меня с вопросом в глазах. Мол, что делаем-то с раненным, командер? Надо было ей что–то ответить, а то я стою тут, застыв в раздумьях.

— Ань, насколько срочно надо делать операцию этому парню?

— Вчера–позавчера. Сегодня с каждым часом будет все хуже.

— На базе ему не смогут помочь лучше?

— Джей, смочь то смогут. Но только вот беда — там нет меня. Не уверена, что Филлимонов вообще будет заморачиваться…ему проще будет признать, что спасти неизвестно кого невозможно и пустить ему пулю в лоб — мол, спасти нельзя, точка.

— И ты уверена, что здесь, в полевых условиях, ты сможешь оттяпать ему ногу так, чтобы он не загнулся после этого?

— Да. Но надо понимать, что шансы выжить после операции по «оттяпыванию» у него — процентов тридцать от силы.

— Звучит не очень. А если не сделать этого, то…?

— То завтра, ну послезавтра он умрет. Видишь красную полосу? Резать надо над ней. Вот сейчас я надеюсь сохранить ему колено. Завтра? Дай бог, чтобы ногу не пришлось резать по середину бедра. Послезавтра будет поздно.