Олег приехал за очками в восемь утра. Я узнала его шаги ещё на лестнице. Лифт у нас снова застрял на пятом этаже, и последние два пролёта он всегда проходил одинаково. Первые ступеньки брал через одну, потом вспоминал про колено и замедлялся. Когда ключ повернулся в замке, я уже налила себе кофе и стояла у окна, глядя, как дворник счищает мокрый снег с детской горки.
— Доброе утро, — сказал Олег из прихожей.
— Очки на тумбочке. Вместе с книгой.
Он помолчал. Я обернулась и увидела его в дверях кухни. На нём была та же рубашка, в которой он вчера вышел из дома. На одном манжете темнела узкая полоска, словно он мыл руки и намочил рукав. Взгляд у него был усталый, но знакомый настолько, что мне трудно было связать его с человеком, который вчера написал «сегодня нет». За двадцать три года я видела его таким после бессонной ночи с маленькой Леной, после дороги, после первого дня в новой должности. Сегодня мне оставалось гадать, где он пил утренний кофе и пил ли вообще.
— Лена спит? — спросил он.
— Пока да.
Он снял куртку, повесил на крючок и поставил ботинки на коврик. Один развернул носком к стене, чтобы не мешал проходу. Я давно знала, что если попросить его забрать вещи, он будет собираться аккуратно. Свернёт зарядку, застегнёт сумку, проверит, всё ли выключил. А потом останется коврик с двумя влажными отпечатками подошв, который я, скорее всего, вытряхну в тот же день.
— Я с Верой поговорил, — сказал он.
— Я тоже слышала часть разговора.
— Она очень расстроена. Говорит, Лена теперь считает, что она полгода притворялась её подругой.
— Лена сама решит, что она считает.
Олег посмотрел на меня, потом на кофейник. Я машинально подвинула его к краю плиты, чтобы Олегу было удобнее взять. Рука сделала это раньше, чем я успела подумать. Он заметил движение и достал свою чашку. Ту самую, которую я вчера вымыла и поставила по привычке на его полку.
— Сонь, мне хотелось бы, чтобы у Лены осталась нормальная свадьба.
— У меня такое же желание. Скажи, пожалуйста, как ты себе это представляешь теперь, когда она знает про Веру?
Он налил кофе. Капля попала на столешницу, и Олег прикрыл её пальцем, прежде чем потянуться за салфеткой.
— Вера сказала, что может вообще не приходить.
— Это ей с Леной обсуждать.
— Я понимаю. Просто подумал, что тогда нам с тобой будет проще.
Мне захотелось рассмеяться. Олег произнёс «нам с тобой» совершенно привычно. Неделю назад он говорил так о доставке кухонного стола. Если привезут в пятницу, нам с тобой будет проще. Мы успеем проверить ножки и выбросить картон до свадьбы. Тогда у слова «нам» было вполне понятное содержание.