— Это ты устроила?
— Клянусь, у меня пока недостаточно организаторских способностей для такого уровня ада.
Ханна Пирс тихо спросила:
— Мне точно не уехать?
Клэр посмотрела на неё.
Потом на Натана.
На Софи.
На Мэгги.
На Элеонору.
— Теперь уже из принципа оставайтесь.
---
Через пятнадцать минут все почему-то сидели за кухонным столом.
Кроме Элеоноры.
Она демонстративно расположилась чуть в стороне.
Ханна пила кофе.
Натан изучал принесённые Клэр записи по роще.
Софи ела тост.
Мэгги пробовала вчерашнее ароматизированное масло.
— М-м-м.
Клэр сразу повернулась.
— Какое?
— Вот это.
— С копчёной солью?
— Да.
— Я тоже выбрала его.
Элеонора из угла сказала:
— Я выбрала первой.
Мэгги посмотрела на неё.
— Поздравляю. В твоём возрасте каждая сохранённая способность радует.
Тишина.
Клэр зажала рот.
Натан закрыл глаза.
Софи перестала жевать.
Элеонора медленно повернула голову.
— Маргарет.
— Элеонора.
— Ты всё ещё носишь эти чудовищные бусы?
Мэгги коснулась бирюзы.
— Да. А ты всё ещё думаешь, что жемчуг заменяет личность?
— У меня личность хотя бы не весит полкилограмма на шее.
Клэр издала странный звук.
Натан посмотрел на неё.
— Не поощряйте.
— Я пытаюсь дышать.
Софи прошептала:
— Они всегда так.
— Я вижу.
Мэгги намазала ещё масла.
— Вкусно.
Элеонора мгновенно переключилась.
— Слишком много соли.
— Нормально.
— У тебя рецепторы умерли раньше вкуса.
— Зато ноги работают.
Тишина рухнула.
Мэгги замерла.
Клэр резко подняла голову.
Натан сказал:
— Мама.
Софи перестала жевать.
Лицо Элеоноры стало белым.
Не оскорблённым.
Закрытым.
Мэгги поняла мгновенно.
Поставила хлеб.
— Это было плохо.
Элеонора молчала.
— Очень плохо, — повторила Мэгги.
— Неважно.
— Важно.
— Я сказала неважно.
— А я сказала — дерьмовая шутка.
Элеонора посмотрела на неё.
Мэгги выдержала взгляд.
— Прости.
Никаких оправданий.
Клэр неожиданно почувствовала уважение.
Элеонора отвела глаза.
— Принято.
И всё.
Не прощено.
Не забыто.
Принято.
Ханна Пирс поставила чашку.
— Вот теперь, пожалуй, я понимаю, почему меня вызвали.
Элеонора посмотрела на неё.
— Не начинайте.
— Не буду.
— Хорошо.
— Пока вы сами не спросите.
Элеонора чуть нахмурилась.
Ханна спокойно взяла ещё кофе.
И замолчала.
Клэр увидела, как свекровь посмотрела на неё.
Потом на врача.
Потом снова на Клэр.
Клэр невинно намазывала хлеб.
— Не смей радоваться, — сказала Элеонора.
— Я ем.
— Я знаю твоё лицо.
— Плохо.
— Клэр.
— Молчу.
---
Осмотр рощи занял почти два часа.
Натан принёс карту.
Настоящую.
С границами участков, линиями полива и старыми отметками посадок.
Клэр шла рядом, делала фотографии, записывала.
На этот раз без палки.
Хотя Элеонора на прощание сказала:
— Смелая.