Кресло стояло у дальней стены.
Элеонора дошла до зелёного кресла и села.
Выдохнула.
— Вот видишь.
Клэр посмотрела.
— Что?
— Удобное.
Мэгги победно подняла подбородок.
— Я говорила.
— Вы сговорились.
— Конечно, — сказала Элеонора.
— И даже не скрываете?
— Уже нет смысла.
Клэр посмотрела на кресла.
Действительно красивые.
Глубокий зелёный текстиль, деревянные подлокотники, мягкая спинка.
— Ладно.
Мэгги расплылась в улыбке.
— Что «ладно»?
— Оставляем.
— Громче.
— Не наглейте.
Элеонора сказала:
— Я плохо слышу.
Клэр уставилась.
Мэгги согнулась от смеха.
Ханна отвернулась, пряча улыбку.
— Вы ужасные женщины.
Элеонора поправила юбку.
— Зато кресла хорошие.
---
К десяти утра Bellwether окончательно перестал принадлежать Клэр.
Его захватила семья.
Грант приехал первым.
Без костюма.
Это уже было событием.
Тёмные брюки, светлая рубашка, лёгкий пиджак. Он привёз четыре коробки с выпечкой и два огромных букета.
Клэр увидела цветы.
— Зачем столько?
— Мама сказала, мало.
Элеонора из кресла:
— Я сказала, что четыре маленьких букета — мало.
— Поэтому он купил два огромных, — закончила Клэр.
— Учится.
Грант поставил коробки.
— Я слышу.
— Это хорошо, — сказала мать. — Значит, возраст ещё не критический.
Он посмотрел на Клэр.
— Как ты жила с ней?
— Плохо.
— Я тоже.
Элеонора возмутилась:
— Неблагодарные.
Мэгги прошла мимо.
— Сама воспитала.
— Тебя вообще никто не спрашивал.
— Поэтому я и говорю бесплатно.
Следом приехали Ребекка и Марк.
Потом Майкл.
Луис появился с женой и двумя взрослыми сыновьями.
Каролин Мейер прислала поздравительную корзину с фруктами и записку, что приедет позже.
Томас Рид обещал заглянуть после обеда.
К полудню внутренний двор был заполнен людьми.
Клэр стояла у окна и смотрела.
Свет.
Движение.
Голоса.
Белые скатерти.
Зелёные ветви.
Тёплый камень.
Керамические тарелки с сыром.
Маленькие чаши со сливочным маслом.
Сегодня сделали семь вкусов.
Классическое.
С розмарином и лимонной цедрой.
С укропом и зелёным луком.
С копчёным лососем.
С беконом и печёным чесноком.
С вялеными томатами и базиликом.
И новый вариант — с мёдом, лимонной цедрой и крошечным количеством морской соли.
Ребекка отрезала тёплый хлеб.
Масло медленно таяло на пористой мякоти, собиралось золотистыми каплями в неровностях корочки.
Клэр попробовала новый вариант.
Закрыла глаза.
Сначала мягкая сливочная сладость.
Потом свежесть лимона.
Соль появлялась последней и делала вкус глубже.
— Господи.
Ребекка улыбнулась.
— Оставляем?
— Даже не спрашивай.
Мэгги сунула кусочек хлеба в чашу.
Попробовала.
— Слишком нежное.
Клэр посмотрела.
— Это плохо?
— Нет. Я просто ищу недостаток.
— Зачем?
— Чтобы Элеонора не сказала первой.