Девчонки гладили меня по голове, а у меня душа рвалась на части от любви к тому Олегу, что был со мной все эти годы. От мысли, что всё кончено, что нет его больше, что это кто-то другой теперь.
— Любовь за один вечер не выключается, — вздохнула Настя, сама с влажными глазами. — Если и правда всё, сначала будешь не верить, потом злиться, потом перебирать, где ошиблась. Это нормально, нужно пережить.
— Настя опять своих психологов пересмотрела, — проворчала Кира, но голос у неё был непривычно мягким. — Плачь сколько хочешь, Сонь, потом решим, как дальше жить. Одна не останешься, мы всегда рядом, поможем.
— Вот именно, можешь на нас рассчитывать. Да и, может, он ещё передумает, — Настя снова попыталась меня подбодрить, но легче не стало.
Мне почему-то казалось, что не передумает. Пока я жила обычную жизнь, он жил какую-то другую. С влюблённостью, честными попытками это преодолеть, наладить, а потом взвешенным решением, что всему конец.
Он уже пережил свои стадии, а сегодня обрушил всю эту боль на меня, не зная, что я в этот момент не одна, что нас уже двое.
Девчонки просидели со мной почти до часу ночи, а когда поняли, что я хочу побыть одна, ненавязчиво засобирались.
— Спасибо за всё, — обняла я их на пороге.
— Да брось, солнце, мы всегда рядом, — Настя поцеловала меня в щёку. — Обещаю, никому ничего не скажу, но и ты обещай подумать, ладно? Пока он не перешёл черту с этой своей Яной, и ты можешь его остановить… Расскажи ему.
Я проснулась, когда за окном ещё только начинало сереть, и долго лежала, не понимая, почему так пусто и холодно справа. А потом вспомнила, и вчерашний вечер снова навалился глыбой.
Спала я, кажется, часа три, урывками, и каждый раз, проваливаясь в сон, тянулась рукой к другой половине кровати, а натыкалась на тёплый бок Рокки.
К горлу подкатила лёгкая тошнота, я полежала немного, дожидаясь, пока она отступит, и пошла умываться. Холодная вода немного привела меня в чувство.
Сегодня не нужно было на работу, но я, наверное, лучше бы пошла. Хотя бы отвлеклась, а так, предоставленная самой себе, снова начала эту бесконечную жвачку в голове.
Рокки уже сидел в прихожей и выразительно смотрел на поводок, и я даже обрадовалась, хоть какое-то занятие.
— Сейчас пойдём гулять, дружок, — я потрепала его по голове.
Двор был пустым и тихим, только дворник шуршал метлой у соседнего подъезда. Сентябрьский воздух пах мокрыми листьями, и я дышала им глубоко, медленно, меня слегка мутило, но на свежем воздухе это было терпимо.
Чаще всего с Рокки гулял Олег, он говорил, что обожает это время дня, когда голова ещё пустая, вокруг тихо и спокойно.