— Возможно, что ты подумала о том, что я тебе изменяю, но это не так. Совсем не так, — сказал он.
— Да ты что?
— В социальной сети Лиза увидела ролик с провокационной рекламой адвокатских услуг, вот… — он сделал паузу и посмотрел на Лизу, коротко, как на свидетеля, с которым надо согласовать показания. — Она пришла поздравить меня с праздником, показала рекламу и мы решили в шутку порепетировать, вдруг такой ход сработает и у меня.
— Страстно целуя ее в шею?
— Ты стояла против света.
— Да, — сказала я. — Свет виноват.
Лиза уже собирала какие-то бумаги с края стола. Она вдруг стала очень занятой, очень деловитой, как будто у неё в руках было десять дел и одно из них — выйти отсюда побыстрее и без последствий.
— Я пойду, — сказала она и посмотрела на меня. — Правда, ничего не было.
— Когда ничего не было, — сказала я, — об этом не говорят так часто.
Она проскользнула мимо меня. От неё пахло моими духами. Не такими же — моими. Он купил ей такие же духи, а может, она взяла их в шкафу у меня дома, пока я была на складе, и я не знала, что раздражает меня сильнее.
Я смотрела на его стол. Рамка с нашей фотографией стояла у него с краю, повёрнутая так, чтобы видел её он, а не посетители. С прошлого года на фотографии было море и мои скрещённые на коленях руки. Я тогда ещё думала, что выгляжу спокойной.
— Свечи не нужны, — сказала я.
— Кира, сядь.
— Торт до вечера не трогай. Его надо в холодильник.
— Кира.
— У тебя в восемь ресторан. Скажи Оле, чтобы убрала.
Я вышла и закрыла дверь. Не хлопнула. Просто закрыла, и это стоило мне больше, чем крик.
В коридоре было пусто. Только Оля у стойки смотрела на меня так, как смотрят на человека, которого очень хочется спросить, всё ли хорошо, и очень не хочется оказаться втянутой. Я прошла мимо и нажала кнопку лифта. Блузка под свитером была мокрая под мышками, и я думала только о том, чтобы никто не встал за мной в кабину.
На улице было серо и мокро. Пахло мокрым асфальтом и кофе из кофейни на первом этаже, где бариста выводил на стакане имена так старательно, будто это было искусство.
— Кира!
Он догнал меня у шлагбаума. Пальто нараспашку, шарф в руке, он даже не застёгивался, и от этого в нём было что-то мальчишеское, беспомощное, что пять лет назад я находила очаровательным.
— Дай мне две минуты.
— Две дам.
— Это была ошибка. Один раз.
— Хорошо. То есть ты признаешь, что это была измена, а не репетиция ролика?
— Я не знал, что ты будешь ревновать меня к какому-то видео. Сейчас каждый второй блогер и мне нужно выделяться на фоне конкурентов.
— Перестань нести чушь! Я в состоянии отличить съемку от грязного разврата! Да и где камера, где оператор?