– Да, мамочка. Сама. Смотри!

– Очень красиво, доченька.

– Надо папе показать.

– Конечно, – я киваю.

Я переодеваю Алиску, а мысли крутятся вокруг разговора с Мариной Филатовой.

Что это было?

Что она предлагает?

И откуда она знает, что у нас с Димой проблемы?

Я правда так скверно выгляжу?

И что значит, что ее муж работает в той же сфере? Он тоже связан с криминалом?

Господи!

Правду говорят, что люди не умеют ценить то, что у них есть. Я ведь находила проблемы в мелочах и была многим недовольна до всего этого. А сейчас понимаю, что моя жизнь была просто райской прогулкой. Подумаешь, ремонтники накосячили! Подумаешь, сорвался классный ведущий для выставки! Как я могла вообще из этого делать трагедию и плохо спать из-за нервов.

Вот сейчас – да, голова идет кругом.

На самом деле есть чего бояться.

Я привожу дочку домой после прогулки. Она выходит недолгой, мне не удается прийти в себя и хочется побыстрее скрыться от чужих глаз. А в парке, как назло, устроили ярмарку и людей набежало прилично.

– А что мы будем готовить? – спрашивает Алиска, вытирая ладошки своим полотенцем.

– А ты что хочешь?

– Блинчики!

Можно было не спрашивать. У дочки один ответ в любое время суток.

К счастью, она отвлекает меня от всех проблем. Я теряю счет времени и с удовольствием вожусь с ней на кухне. Мы смеемся, хотя и без надутых губок не обходится. Алисе не нравится, что я не доверяю ей ножи, которые висят на магните на противоположной стенке. Да и сковородка ей нужна непременно самая большая! Иначе не получится!

– Кто тут! – голос Димы раздается неожиданно.

Я порывисто оборачиваюсь вместе с Алиской на руках и вижу, как он подходит вплотную. Он улыбается дочери, но глаза смертельно уставшие. Алиса подыгрывает ему и пугается, прижимая ручки к груди, после чего тянется к отцу. Я невольно наклоняюсь вместе с ней. Но Алиса хочет еще ближе, она хватает Диму за лацкан пиджака и притягивает к себе. То есть к нам. Случайное прикосновение обжигает, выбивает воздух из легких. Дима касается щекой моего лба, когда наклоняется к дочери. Это длится всего мгновение, но появляется чувство, словно воздух сгущается. Покалывающее напряжение разливается между нами.

– Папа, папа приехал, – голосит довольная Алиска. – А мы готовим!

– Я вижу. Я как раз голодный.

Он не отстраняется. Придерживает дочку, забирая ее вес из моих ладоней, и стоит так близко, что я чувствую тепло его тела. И запах, который знаю до полутонов. Я тоже не двигаюсь. У Алисы бывают приливы нежности, и ей нравится стянуть нас своими ручками и обнимать сразу двоих. Она почти что мурчит от удовольствия, а потом начинает целовать нас по очереди. То его в щеку, то меня.