— Думай, что хочешь, но я к тому гадюшнику и пальцем не притронусь.

— Так бы сразу и сказал, — девушка хмыкнула и с укоризной покачала головой. — Неженка.

Хотел было бросить что-нибудь язвительное в ответ, но передумал и захлопнул рот. Что тут скажешь — она права: я не то что на роль Избранного не гожусь, меня и приличным человеком не назовешь. А вместо достоинств и положительных черт — обширная коллекция комплексов и неуверенность в себе, которые пытаюсь компенсировать, строя из себя безудержного пьяницу, кутилу и развратника. Поэтому сидели молча, глядя в огонь и размышляя о своем.

— Леня, — из полумрака змеей прошелестел вкрадчивый зов. Не видь я шевелящихся губ спутницы, подумал бы, что это призрак охотника беснуется в ночи.

— М?

— Ты слово держишь?

Пожал плечами и буркнул, не отводя взгляда от скачущих язычков пламени:

— Стараюсь.

— Пообещаешь мне кое-что?

Ха! Уж если жизнь и научила чему, так это полностью читать текст договора, прежде чем ставить подпись или тыкать галочку «согласен».

— Смотря что.

— Ты никогда не присягнешь Колбану. Даже если меня на ремни порежут. Обещай.

Скосил глаза — Лира смотрела прямо на меня с такой решимостью и серьезностью, что стало не по себе. Девушку при всем желании не назовешь няшкой-милашкой, но никогда прежде не видел в ней столько непримиримой жесткости.

— Нет.

— То есть? — густые брови сошлись на переносице.

— Не обещаю.

— Почему?

— Какая разница? — Я криво улыбнулся и подбросил поленце в пылающий зев.

— Большая. Можно сказать — мирового значения. Я не хочу стать болевой точкой, надавив на которую ублюдок добьется своего.

— Ты уже.

— Что уже?

— Болевая точка.

— В смысле?

— Я не смогу спокойно смотреть, как тебя мучают.

— С чего вдруг?

В который раз дернул плечами:

— Не знаю.

— Дурак. А если из-за меня будут мучить целые королевства? Об этом не думал?

— Во на философию пробило. Сперва надо выбраться из чертовой долины, а уж потом о будущем рассуждать.

— Кто не думает наперед — долго не живет, — в прежде тихом голосе лязгнула сталь. — Видимо, боги сошли с ума, раз послали такого придурка.

Развел ладони в жесте «щито поделать» и с долей злой иронии произнес:

— Сама знаешь, их пути неисповедимы. Возможно, для тайного замысла владык нужен именно такой придурок.

Она улыбнулась, но тут же сжала губы.

Минута тишины и покоя, а затем сверху грохнуло, аж пыль посыпалась, будто на крышу упало нечто большое и тяжелое. Точнее — запрыгнуло. И ладно я, трус несчастный, но даже моя храбрая подруга вскочила и пару раз промахнулась мимо ножен, пытаясь выхватить меч.