— Но я не еб-сь с конями! — взвизгнула девушка. — Ты ничего не докажешь!
Я не сумел сдержать злорадный смешок:
— А мы не в суде. Слух — как воробей: вылетит и не отмоешься.
Леди громко засопела и буркнула под нос:
— Ладно.
Я наградил правильное поведение добродушной улыбкой и спросил:
— Как звать?
— Бетани, — с неохотой ответила попутчица.
Кивнул:
— Будь умницей, Бетани, и никто не пострадает.
Хвала хаосу, карета вскоре остановилась, а то уже начало подташнивать от частых поворотов и постоянной качки. Девушка нетрезвой походкой сошла на тротуар и велела кучеру ждать. Хлопнула дверь, даже с такого расстояния я слышал, как грохочут ступени. Где-то через полчаса (вот что значит правильная мотивация) Бет вернулась, успев привести себя в порядок, напудриться и переодеться в изящное зеленое платье и шляпку с вуалью. На сиденье рядом со мной плюхнулся пухлый кошелек.
— Что дальше?
Я указал на нее пальцем и шепнул:
— Едем в магазин, где продают такие же шмотки.
Пока распутница отвлекала хозяина кокетливой беседой, я кабанчиком метнулся по рядам, выбрал нужную одежду и скрылся за ширмой. В темно-синих брюках с бурыми лампасами и двубортном кителе с давящими на плечи эполетами, трясущимся при ходьбе аксельбантом и удавкой впившимся воротником чувствовал себя крайне неуютно, и это, считай, самое мелкое и незначительное неудобство из тех, что предстояло вытерпеть.
С одной стороны, мое мертвецкое лицо жутко контрастировало с нарядом боевого капитана на параде, словно в мундир вырядили первого попавшегося бомжа, но в то же время играло на руку легенде о распутном гуляке. И чтобы совсем уж отвести подозрения, на оставшиеся деньги купил роскошный красный плащ до пят, и, по словам услужливого продавца, преобразился в настоящего ангварского аристократа.
Расплатившись и еле отвязавшись от предложений взять вот эту замечательную треуголку и ножны из настоящей акульей кожи, велел Бет катить в ближайшую к ее дому гостиницу. Когда карета остановилась, поманил дворянку пальцем и тихо, но внятно сказал:
— Узнаешь у отца имена и адреса трех самых крупных должников, у которых отбирают имущество или грозят долговой ямой.
— Да как я узнаю⁈ — зашипела дворянка, вытаращив глаза. — Мне с детства чхать на его дела!
Вместо долгих разъяснений я покачал правой ладонью, изобразив чашу весов:
— Имена и адреса.
Затем качнул левой:
— Трах с конями. Выбирай.
— Первое, — проворчала она.
— Молодец. Завтра на рассвете оставишь портье письмо для… — не смог сдержаться от ехидной улыбки: — Красного Сокола.
Бет шумно вдохнула, запасаясь воздухом для шквала отборной ругани, но в последний миг выдохнула и понурила голову: