В Инвентарь (число ячеек в котором с выходом мною на Уровень 3 увеличилось до двенадцати) я убирал его в смешанных чувствах. С одной стороны, конечно, хорошо, что дали. Очень хорошо! С другой же… Знай я об этом заранее, не стал бы дрожать над первым зернышком, словно Скупой Рыцарь над златом, а благополучно сжевал бы его перед турниром — глядишь, и результат вышел бы получше!
Всю дорогу до дома старца я нещадно корил себя за неуместную бережливость, и, увлекшись самобичеванием, к концу пути почти уверился, что только Чудесного зерна мне сегодня для победы и не хватило. Должно быть, эти мрачные мысли явственно отразились на моем лице, потому что Миюки, встреченная мной у самых ворот жилища Кииоши-сама, едва взглянув на меня, принялась сбивчиво бормотать что-то утешительное про «великолепный результат», «отличный опыт» и «никто не спотыкается, лежа на футоне». От этих ее увещеваний мне сделалось лишь еще тоскливее, и отчасти я даже обрадовался, когда уже в саду нас нагнал Егор — и девушка умолкла.
На крыльцо мы втроем поднимались в тишине — не будь я столь погружен в свои тягостные думы, пожалуй, счел бы ее несколько неловкой.
Комнатка, в которой мы обедали два последних дня, оказалась пуста, но в ее дальней стене была открыта сдвижная дверь еще в одно помещение. Там-то и ждал нас сегодня старец. Заслышав наши шаги, он буркнул, чтобы мы заходили.
Размерами задняя комната превышала «трапезную» почти вдвое, но мебели в ней не было вовсе — если не считать подушечки у стены, на которой и восседал Кииоши-сама. На руках при этом старец держал симпатичную пушистую обезьянку. Уже привычно я посмотрел поверх нее, желая прочесть подпись, но той там почему-то не оказалось — имелось лишь отдаленно напоминающее нимб серебристое свечение.
Не могу сказать, что сильно удивился этому обстоятельству — ну, нет подписи, значит, так положено — а вот мои более осведомленные о местных реалиях спутники внезапно замерли с такими лицами, словно увидели привидение.
— Ками! — ошеломленно выдохнула Миюки, кажется, даже забыв поклониться Учителю.
— Верно, — невозмутимо кивнул на это Кииоши-сама. — Перед вами ками. Сегодня он поможет мне преподать вам один интересный урок — подобный тому, что когда-то великий Такуан Сохо дал при дворе сегуна Иэмицу.
— Учитель, но если это в самом деле ками, почему мы все его видим? — задал вопрос Егор. — Я читал, что обычно ками являют свой образ лишь кому-то одному…
— Потому, что это нужно для нашего урока, — проскрипел старец. — Но я смотрю, что мой младший ученик, — указал он кивком на меня, — пребывает в пучине невежества. Миюки-сан, будь добра, расскажи ему коротко о ками.