Моей левой ладони японец так и не выпустил, что несколько смягчило его падение, но удар оземь вышел достаточно сильным, чтобы ненадолго ошеломить Кэйсукэ и не позволить ему защититься от последовавшего добивания (в игре его следовало производить в полный контакт). Мой правый кулак врезался в грудь Ямады… под торжественный аккомпанемент гонга. Крит!
Должно быть, так и не поняв толком, к чему привела его очередная гнусность, японец канул в небытие.
Вы одержали победу в поединке с другим игроком!
Опыт: +60 (15 × 4)
Утратив из-за внезапного исчезновения противника равновесие, я упал было на колено, но тут же вскочил на ноги, празднуя успех в, кажется, не продлившемся и пяти секунд бою. Победно обвел взглядом зал — и уперся глазами в Егора. Скрестив руки на груди, Черных стоял в десятке шагов от татами, напряженно следя за происходившим на площадке.
Пояс на нем был черный.
Первый бой Егора на турнире я видел — мельком: непростая, но уверенная победа. Второй ему еще только предстоял. Но почему-то меня не покидала уверенность, что и в нем Черных одержит верх. А значит, скоро мы с ним сойдемся лицом к лицу — и закроем все накопившиеся вопросы непосредственно на татами…
Мы стояли, разделенные квадратом татами.
У меня за спиной суетилась Миюки, затягивавшая узел красной опознавательной ленты на моей голове, тут же, чем-то недовольная, его распускавшая и перевязывавшая заново. Секундант Егора — коренастый непись с азиатскими чертами лица, но немецким флажком на рукаве куртки — свои аналогичные манипуляции уже давно завершил и теперь что-то энергично втолковывал подопечному. Черных слушал, время от времени рассеянно кивая, но смотрел при этом исключительно вперед — на меня. Как и я — на него.
Девушка наконец справилась с повязкой, и я вынужден был повернуться к ней, чтобы, как положено, поблагодарить поклоном. Контакт взглядов лопнул, словно не выдержавший напряжения туго натянутый канат — мне почудилось, что я даже услышал резкий, похожий на выстрел звук. Кажется, Егор на той стороне покачнулся — будто потеряв на миг опору.
— Ака, сиро — нидзё! – отрывисто пригласил нас на татами рефери — игрок-канадец.
Мы с Егором синхронно двинулись вперед.
— Просто бей! — догнал меня уже на площадке громкий шепот Миюки. — Помнишь: отбрось лишнее! Просто бей!
Три традиционных поклона, последний из которых — сопернику — вышел у меня несколько куцым, и прозвучала команда к бою:
— Сёбу иппон хаджимэ!
Едва судья убрал руку, отмашкой которой дублировал сигнал к началу поединка, как мы сшиблись.
Левый кулак Егора чиркнул по моей скуле, правый угодил в грудь. «Минус 35» Здоровья. В свою очередь, первый мой удар не достиг цели вовсе, сбитый локтем противника, зато второй пришелся точно в челюсть оппоненту. Мы с Черных синхронно подались назад, каждый попытался пробить на отходе маваши , и наши ноги столкнулись в воздухе. Еще «минус 5».