— Сакэ? — немало удивился я. — Серьезно? Сакэ — это же японская рисовая водка, разве нет? Уверена, что сейчас подходящее время для пьянки? Мне еще биться вообще-то, один раз — как минимум…
— Сакэ — не водка, — улыбнулась девушка. — И в игре не пьянит. Пей, говорю! Только неторопливо и небольшими глотками. Давай, не спорь с сэмпаем!
— Ну, как знаешь, — пожал плечами я, поднося чашку ко рту.
Напиток оказался теплым и чуть горьковатым, но характерного привкуса алкоголя в нем, и правда, не ощущалось. При этом самочувствие мое в самом деле улучшалось с каждым новым глотком, когда же чашка в моей руке опустела, Здоровье и Бодрость вернулись на максимум.
— Отлично! — кивнул я, бегло проверив их показатели. — Что теперь?
— Жди вызова на следующий бой, что же еще? — пожала плечами Миюки, забирая у меня чашку. — А я пошла другим ребятам помогать.
— А, ну да… — пробормотал я. В самом деле: бойцов в зале — вон сколько, а секундантов всего четверо…
Попивая в стороне целебное сакэ, я, как выяснилось, пропустил кое-что интересное — бой Марии Антоновой: когда вернулся к татами, рефери уже объявлял ее победу над каким-то «желтым поясом». Зрители у площадки разразились бурными аплодисментами. Кстати, а моему выигрышу хлопали? Совершенно не помню…
Поединки пошли своим чередом, при этом обладатели более старших поясов неизменно одолевали тех, кто стоял на построении ближе к концу шеренги. Единственное исключение из этого правила сотворил Егор (ему, кстати, как и мне, секундировала Миюки), с огромным трудом, но расправившийся с Сергеем Миранчуком, у которого был 7-й кю против 8-го у Черных.
В итоге среди прошедшей в четвертьфинал восьмерки я со своим 9-м кю и желтым — даже без полоски — поясом оказался самым младшим.
Приуныть меня, однако, заставило отнюдь не это обстоятельство: сильных соперников я никогда не боялся.
Сильных — нет. Но чтобы таких…
— На татами вызываются: Белов — красная повязка, Антонова — белая повязка! — громогласно объявил Аркадий Андреевич.
Тут-то я в осадок и выпал.
— Да, не повезло: сразу в четвертьфинале попасть на единственного здесь бойца с 6-м кю… — по-своему считала кислое выражение моего лица Миюки.
— Да при чем тут кю! — хмуро всплеснул руками я.
— А в чем тогда дело? — недоуменно вздернула брови мой секундант.
— Разве не ясно? Она же… ну… девушка! Женщина… Не суть! Как я буду…
— Что?
— Я просто не смогу ее ударить, — убито пробормотал я.
— Почему?
— Ударить женщину… — «Да еще такую!» — Это… — нужных слов у меня не нашлось, и я лишь беспомощно развел руками.
— Это татами, — пожала плечами Миюки. — Здесь нет мужчин и женщин — только бойцы!