Вопросов не было. Какие могут быть вопросы, если враг вторгся в родную землю?

Запроливье. Новоромания. Лагерь алайских войск

— Ну и как? — спросил дон Гуг, не оборачиваясь. — Хороши союзники?

— Союзники? Великолепны. Именно поэтому я боюсь их еще больше. Заметьте, благородный дон, что мы с ходу взяли город и понесли потери втрое меньшие обычных только благодаря им.

— Это же хорошо, мой благородный друг.

— Это плохо, благородный дон коннетабль. Если они захотят, они могут разбить и нас заодно. А то, что они делают с пленными и обывателями…

— Это война, дон Кондор.

— Война, — согласился собеседник и неожиданно зло добавил: — Война, а не бойня для скота. А они режут всех без разбора. Словно скот. Даже эльфы и те так себя не ведут. Это… — замолчал он, подбирая слово, — недостойно благородного воина быть в одном строю с этими мясниками. Посему, благородный дон Гуг, примите мою нижайшую просьбу и отпустите меня на лечение. Люмбаго обострилось, и никакие магические меры не помогают. Только покой и большие дозы кронарского с медом в течение нескольких недель.

По-прежнему не оборачиваясь, коннетабль протянул руку и взял свиток.

— Сдайте командование дону Гау. И можете ехать к кронарскому, к демонам Серых Пределов и вообще на все четыре стороны, — злость прорвалась ругательствами. — Вам легче, вы не прямой вассал, — последовавшее неожиданное признание было произнесено так тихо, что дон Кондор еле расслышал его. Но ничего не сказав, лишь тронул поводья коня.

Если завтра война (продолжение)

И вот снова копыта коней топчут дорогу. Лица воинов строги и напряжены, и только Олег выглядит безразлично усталым.

«Вот и пожил по-человечески, крестовину мать! Лициния и неродившийся сын… Не знаю, кто и зачем все это сотворил, но клянусь, что я до него доберусь. Когда же доберусь, то демонам в Серых Пределах станет страшно от того, что я с ним сделаю. Клянусь, все причастные еще не раз пожалеют, что у них родилась мысль о нападении», — обычно Олег не очень любил пафосные слова, но сегодня в голову приходили только они. Если не считать, конечно, самых черных и непечатных ругательств.

Колонна всадников продвигается не столь быстро, как одиночка. К тому же лошадей надо беречь, чтобы сохранить силы для боя. Поэтому до Понтеи они добрались ближе к вечеру. И очень обрадовались, увидев, что ворота закрыты, стены целы, а над ними развевается ярко-красный флаг — символ опасности.

Рано утром выросший почти до полной когорты отряд Олега неторопливо приближался к Столице. Вчерашний разгром под Понтеей еще одной группы коннахтов, небольшой, но наглой и самоуверенной, обернулся несколькими десятками добровольцев. Среди них оказались и отставные военные, и бывшие ополченцы, умеющие владеть оружием. Даже несколько купцов пришли сами и привезли с собой припасы и некоторое количество оружия.