Одним движением руки он втянул в комнату охранника, так что тот кубарем прокатился, напоминая старого клоуна на манеже, который изо всех сил хочет развеселить хотя бы детей, но и они уже не смеются глупым шуткам. Вторым движением схватил кого-то, так что за дверью страшно захрипели и втянув его, прижал к стене. Ударом ноги нечистый захлопнул дверь.
— Сюрприз, салага, — улыбнулся безымянный попутчик, — последний, наверное, в твоей жизни.
Он окатил меня взглядом, как ледяной водой из ведра, развернулся на каблуках, подошёл к человеку, который пытался встать, и начал рубить.
Я трусливо отвернулся, но как раз попал на другую картинку. Упырь прижал человека к стене, как зажимают любовницу, и впился ему в шею кровавым поцелуем. До сих пор вижу эти красные брызги, взлетающие фейерверком вверх и пятнами оседающие на стену, и, конечно, серый цвет его джинсов и лейбл Wranglers на заднице. Серая как песок кожа на его спине пульсировала и багровела, а потом снова иссыхалась, меняя цвет на вдохе и выдохе.
Через десяток ударов мачете было покончено со всеми в комнате. Кроме меня.
Липкое, гадкое, отвратительное во всю ширь чувство страха. Это настолько унизительно, насколько и неудержимо. Ну и немножко подленько. Я не думал о том, что генерал убит из-за меня, ведь я привёл сюда этих двоих. И не думал о том, что важные документы попали в руки врага. И не думал о том, что в этой комнате только что умерло три человека, я просто сам не хотел умереть. Как же трудно совладать с этим ужасным чувством самосохранения. Только выжить, любой ценой. «Только не трогайте меня, я буду послушным». Как же трудно оставаться человеком, а не униженным червяком, даже в беде.
Зато «разведчик» преобразился. Теперь он выглядел иначе. Выпрямился, расслабленная поза и насмешливая ухмылка куда-то пропали. Враг был серьёзен как никогда. Почему он так спокоен? Здесь же сотни вооруженных людей вокруг! Новый вид нежити появился? Потусторонный Камикадзе? И откуда он вообще?
«Разведчик» поднял со стола бумаги и медленно, не торопясь пролистнул парочку страниц, сканируя взглядом.
— Старик не слишком умный и не сильно любопытный. Поэтому прожил чуть дольше, чем планировалось. Но меньше чем проживёшь ты, гонец-молодец. Знаешь, как в старом кино? «Ты мне нравишься, я убью тебя последним».
Я хотел сказать, что последние речи отрицательных героев в кино всегда ведут к поражению, но только сглотнул пыль вместо слюны на губах. Ко мне бог из машины вряд ли явится. Здесь не кино, и хэппи-энда по-голливудски не будет. Если хочешь выжить сам барахтайся, всё сам. Один в замкнутом помещении против двоих монстров.