Я бросил трубку. Без сопливых разберусь.

Дела…

На работу я пришёл заранее — дома не сиделось. Пока шагал по улице, случайные Нечистые сверлили взглядом, будто денег им должен: хорошо Невидимка-гад постарался.

Проверил на двери знак — вроде не повреждён. Да и внутри всё казалось нетронутым, только посылок прибавилось — как наших, так и не наших. «Предстоит тяжёлый день», — думал я, переодеваясь, и не ошибся.

Первой пришла Ужасная Старуха. Я ковырялся в программе, проверяя, какие изменения появились в инструкции и чем занимался напарник, и не заметил, как на улице резко потемнело и, словно пушечный выстрел, вдруг грянул гром — да так, что свет моргнул и винда опять пошла на перезагрузку. Я дёрнулся, отвернулся от экрана и чуть сам не завис.

У входа стояла скрюченная старуха, причём не со стороны улицы, а в помещении. Опираясь на палку, она не шевелилась. Длинные седые волосы практически полностью закрывали лицо. Изредка она дула на них, и пряди разлетались, открывая крючковатый, мясистый нос. Сама бабка находилась практически в тени, умудрившись её найти в освещённом лампами помещении. Вот и первый клиент.

— Здравствуйте, — проскрипел я неестественным голосом, — хотите забрать посылочку? Подходите к кассе ближе.

— Мне бы ведро с водой, внучек, — ответила она.

— Чего?

— Я убирать у вас буду, внучек. Директор попросил. Будет денежку малую платить.

Целую минуту я не мог переварить новую информацию и лишь таращился на ведьму, а она на меня. Компьютер в моей голове подвис и крутил только парочку глупых фраз в стиле «Добрый вечер» или «Заходите к нам ещё». Потом я медленно взял телефон и набрал напарника, не отрывая взгляда от старухи.

— Здорово! У нас что, новая уборщица?

— Чёрт, забыл сказать, прости. Да. Единственная, кто согласился убирать в новых обстоятельствах, если понимаешь.

— Ясно, — Я бросил трубку и улыбнулся бабуле. — Добро пожаловать на Пункт выдачи номер тринадцать.

Не такая она страшная оказалась, эта бабулька. Деревянная палка тоже оказалась не клюкой с черепом вместо набалдашника, а шваброй, которую бабка принесла из дома. Всякими новомодными пользоваться не умеет, а эта деревяшка выручит всегда и всюду.

Нечистых она побаивалась и рассказывала, что идти не хотела, но шеф включил своё красноречие и смог убедить, размахивая воображаемыми купюрами.

— Страшные они? — спрашивала она меня, натирая пол, пока я сидел на стуле, задрав ноги.

— Нормальные, — решил я не пугать лишний раз пенсионерку, — такие же, как мы почти. Вы что, телевизор не смотрите?

— Я сразу переключаю, когда новости, Игорёк — созналась она, — боюсь даже смотреть на этих. Сейчас быстро пол вымою и уйду, даже не увижу никого.