— Эм…Ты образно? — Осторожно поинтересовался я.
Нет, подозрения уже имелись весьма основательные, что все именно так. Но… Подозревать — это одно. Знать — совсем другое. Ну, и, честно говоря, до последнего надеялся на ошибочность наших с Настей рассуждений. Зря… Зря надеялся.
Спросил осторожно, чтоб девчонка опять не ударилась в истерику. Ее итак Настя еле успокоила. Если бы не моя подруга, вообще не знаю, как бы я справился со всем. Особенно с Романовской.
— Образно⁈ — Ангелина подняла на меня бешеный взгляд.
Она сидела на диванчике. Я стоял напротив. Поэтому вышло так, что Романовская смотрела на меня снизу вверх. Очень выразительно смотрела.
— Ты совсем ни черта не понимаешь? Я просто в одну секунду оказалась в…– Блондиночка, волосы которой сейчас выглядели как серая пакля, покачала головой. — Там…Это…Нет! Не хочу даже вспоминать.
— Извини…может, мой вопрос будет не в тему…– Настя, она пристроилась с краешку того же самого диванчика, подвинулась чуть ближе к Ангелине, глядя на нее с большим интересом. — А ты видела, так сказать, местных? Ну, я имею в виду… Тихо-тихо!
Подруга резко подняла обе руки, ладонями вперед. Видимо, этот жест должен был успокоить Романовскую. Потому что Романовская явно опять начала нервничать.
— Ты издеваешься? — Ангелина прищурилась, уставившись на Настю так, будто перед ней сидит воплощённое зло. — Серьёзно? Тебя интересует, видела ли я демонов? Чертей? Дьявола? Или кого там еще. Нет! Не видела. Но…Это ужасное место. Там постоянно что-то падает сверху. Пепел. Или сажа. Не знаю. Там воздух настолько горячий, что невозможно дышать. Там…там страшно!
Ангелина выкрикнула последнюю фразу и замолчала.
— Да ладно…Я же чисто с научной точки зрения…– Настя пожала плечами и тихонечко отодвинулась еще чуть дальше.
— Вот его попроси! — Романовская ткнула в меня пальцем. — Дружка своего. Пусть отправить тебя на экскурсию. Вы же типа друзья, верно? Ты же та самая девчонка, с которой он жил в одном городе?
Мы с Настей быстро переглянулись. Значит, Ангелина в курсе всей моей биографии…
Ну, а уже после этого я начал допрос. Да. Такое слово подходит больше всего. Романовская злилась, психовала, ненавидела, но больше всего она боялась. Боялась меня. Что я снова повторю этот фокус.
— Ты в школе оговорилась, мол, планы твоего отца были другими изначально…
Ангелина уставилась в мое лицо красными, заплаканными глазами. Я видел, как внутри она лихорадочно мечется в панике. Реально. Будто в девчонке, сидящей на диване, есть ещё одна девчонка. Только очень маленькая. Крохотная. Она бегает в голове Романовской, размахивает руками и кричит:' Помогите!'