Кстати, не смотря на то, что локомотив, похоже, выжимал из себя всё, что только можно, эти экзотические повозки довольно резво его нагоняли.

В какой-то момент со стороны машин преследователей начали раздаваться характерные стрекочущие звуки.

И я заметил венчики пламени, вырывающиеся из стволов, которые, как оказалось, были смонтированы на этих колесницах.

Значит тут есть автоматическое оружие, а это, в свою очередь, может говорить о том, что что-то сродни пироксилиновому или нитроцеллюлозному пороху тут используется, так как грандиозных облаков густого дыма, производимого в изобилии при горении чёрного пороха, я не наблюдаю…

Ну да, сама методика изготовления тут, скорее всего, была известна изначально.

Главное, чтобы общий технологический уровень позволил наладить производство этих нужных веществ.

И, похоже, здешние химики таки решили эту задачу.

А это значит, что у нас появляется принципиальная возможность пополнения нашего боезапаса. А это будет очень кстати, если нам придётся задержаться тут надолго.

В том, что боезапас наш будет расходоваться весьма щедро, я уже не сомневался. Жизнь на этой планете определённо, весёлая…

Мысли о порохе меня вовсе не отвлекали от зрелища.

После того, как преследователи открыли огонь, не произошло ровным счётом ничего. Локомотив всё так же мчался по просторам степи, и не было похоже, что ураганный пулемётный огонь хоть как-то его замедляет.

Я намекнул своему пету, что хотел бы оказаться немного ближе к поезду, и Пронька любезно пошёл мне навстречу.

Он снизился и сократил расстояние до вагонов, грохочущих на стыках, метров до двадцати, и даже стал двигаться параллельно движению поезда с той же скоростью, так, что я смог подробнее рассмотреть и локомотив, и сами вагоны.

Объяснение тому, что выстрелы преследователей эффекта никакого не возымели я получил практически сразу же.

На стенах вагонов то тут, то там вспыхивали бледные искры, которые стали мне видны только когда я смог наблюдать поезд с гораздо меньшего расстояния.

Как оказалось, вагоны были наглухо бронированными, и пули преследователей отскакивали от этой брони, как сушёный горох от стенки.

У меня возник вполне резонный вопрос — а на что, вообще, эти горе-налётчики рассчитывают, если они никак не могут нанести, пусть даже и самый незначительный, урон движущемуся составу?

Единственное, что они могут реально сделать, это направить одну из своих лязгающих и грохочущих колесниц под колёса локомотива.

Но это повлечёт за собой почти гарантированную гибель экипажа того транспортного средства, которое осуществит этот самоубийственный манёвр.