— Будут им и моря, и источники, и водопады с тропиками! — весело махнул рукой дед. — За полгода сами запросятся обратно во Владимир.
— А по деньгам… — я перебил сам себя. — Ладно, мог бы и не спрашивать. Плачевное финансовое состояние нашего рода — такая же легенда, как и всё остальное?
— Ну, не совсем. Официально у нас действительно есть только то, что ты видел в бухгалтерских документах. Но есть и резервы. Мои, личные. Вот на них и гульну, пока ты здесь финансовую империю строишь.
Мне осталось только головой покачать. Алексей Яковлевич оказался тем ещё жуком — настоящим разведчиком. Ну, мне так даже лучше. За полгода я действительно могу раскрутиться так, что не буду зависеть ни от каких родственников.
Но тут личина веселья вновь спала с дедовской физиономии. Показав скрывавшегося расчётливого хищника.
— А для тебя этот период, Рома, станет испытательным сроком. Если хорошо себя покажешь, я вернусь, отпишу тебе род, главой сделаю, а сам младшей ветвью при тебе оформлюсь. Брюс-Торнау, например. Но если нет — тогда уж тебе придётся моим наследникам уступать и в младшую ветвь идти. Поверь мне, в этом вопросе я очень серьёзно настроен.
Пока я хлопал глазами после этого довольно неожиданного заявления, старший Брюс поднялся, обошёл стол и встал у меня за плечом.
— И ещё одно, парень. Сам видишь, в каком состоянии наш род находится. Поэтому ожидаю от тебя к возвращению ещё одного. Помолвку. По расчёту, а не любви.
Нельзя сказать, что эти представители двух разных ведомств дружили. Всё-таки служба такая, что рот чаще приходится держать на замке, чем открывать. Подписки о неразглашении, доступ к секретной информации, чужие тайны — всё это не добавляло доверительности.
Плюс профили контор уж больно сходные: одна занимается контрразведкой, а вторая — обеспечением безопасности императорского рода и приравненных к нему лиц. Где-то конкуренция, столкновение интересов, пересечение юрисдикций. В общем, много всего.
Но приятельствовали, да. Порой встречались за чашкой чая на нейтральной территории и обменивались новостями. Теми, которыми могли. Каждый из этих двоих был предан своей службе.
— Как ты это пьёшь? — традиционно скривился Феликс Владимирович Рязанов, один из ведущих специалистов Охранки, когда перед его собеседником поставили прозрачный чайник с ханьским улуном. — Моча какая-то!
Себе Феликс Владимирович заказал чёрный чай. Да такой крепкий, что людям со слабым сердцем пить подобный напиток строжайшим образом не рекомендовалось.
— Привык, — пожал плечами Барух Моисеевич Леви, старший агент Тайной Канцелярии. — Полжизни по поднебесникам работаю. Волей-неволей научишься любить. Кстати, Феликс, а ты знал, что по мнению ханьцев только дикие варвары способны пить чёрный чай. Достойный муж должен сторониться подобного.