— Ты мне это каждый раз говоришь, — усмехнулся собеседник. — Меня устраивает быть варваром.

Некоторое время собеседники молчали. Потягивали каждый свой напиток и бросали взгляды по сторонам. Словно бы пришли именно для этого — выпить чаю и понаблюдать за оживлённым столичным перекрёстком за прозрачным до полной невидимости стеклом ресторации.

— Каштинский инициировал проверку, — наконец выдал Рязанов, глядя при этом в сторону. — По твоему протеже, молодому графу Брюсу.

Леви тут же встрепенулся и выжидательно уставился на собеседника. А когда тот промолчал дольше положенного, спросил:

— Ну и зачем главе «борзых» это делать? Вопросы по парню сняли.

— Ваше ведомство, — уточнил Феликс Владимирович.

— Так мы его и вели!

— А теперь мы будем.

— Нет ощущения, что вы за границы своего поля вышли?

— Так не за государственные же!

— Шутишь? — нахмурился Барух Моисеевич.

— А что ещё остаётся? — у работника Охранки дёрнулась щека. — Когда начальство приказывает, нам лишь остаётся взять под козырёк и исполнять. Всё, что я могу для тебя сделать, Барух, это поставить тебя в известность. И попросить не лезть.

— После возвращения Алексея Яковлевича Брюса мы и не лезем!

Леви говорил чистую правду. Пока шла работа по главе ханьской Палате Весов, который собирался занять трон древней империи на востоке, за молодым Брюсом очень активно присматривали. Всё же стараниями его деда, шестнадцатилетнего парня превратили в наживку. Но теперь, когда всё благополучно закончилось, наблюдение сняли. По просьбе этого самого деда.

По мальчишке, конечно, было много вопросов. Этот его дар, которым он людей чуть ли не с того света вытаскивал, общение с преступниками, тайный язык, наконец. Но старший Брюс всё их отмёл. Его жизнь, как он сказал, сама по себе чудо — после рака крови в терминальной стадии никто не встаёт и не начинает с чистого листа.

«А Ромка встал! — Леви вспомнил слова Алексея Яковлевича. — Так ли удивительно, что он теперь отдаёт миру долги? И, наконец, Барух! А что, если его и правда Спаситель коснулся? Рискнёшь вставать между моим внуком и Сыном?»

Резоны старого графа, Леви понимал прекрасно. Быть главой угасающего рода, знать, что с твоей смертью славная фамилия станет лишь одной из строчек в пыльной книге, невыносимо больно. И когда получаешь надежду на возрождение, не только на такие странности глаза закроешь. Можно и в святость удариться!

Тем более что опытный разведчик хоть и любил своего внука, но всё же не постеснялся проверить его на всех уровнях. Отправил за ним приглядывать свою старую подругу Краснохвостую — кицунэ из ёкаев по имени Кикути Ринко. А та, кроме охраны, выполнила ещё одно задание покровителя. На генетическом уровне исследовала графского отпрыска и со всей ответственностью заявила, что под личиной юноши не прячется оборотень из её племени. Просто мальчишка, который каким-то образом выжил. Плоть от плоти Брюсов.