По голому, рельефному телу ползают темные отростки. Четыре глаза залиты красным светом. Волчий уши обрезаны. Не руки, лапищи, покрытые твердыми наростами, с острыми лезвиями вместо пальцев. Когда Первый открыл рот, в нем виднелся двойной ряд зубов. Звук плоти, треск костей. То и дело сквозь кожу гуманоида показывались человеческие лица, которые желали прорвать оболочку, но быстро исчезали.
— Этот отличается от других… — приготовилась Ло.
— Да насрать! — прицелился Козырь. — Р-а-а-а! — стреляет. Первый телепортируется! — Что… — удар когтей! Пулемет в труху, как и кусок руки серого волка.
Еще перемещение!
Новит теряет голову.
Еще.
Новый труп.
Первый перемещается от цели к цели, неся смерть.
— ХА! — только Лойда успела скрестить клинки, отразив удар. Крутанувшись, пробует подрезать ноги. Клинки рассекли воздух.
Удар с зади! Кукла вновь среагировала, неестественно выгнув спину. Скрестила руки-мечи с когтями. Секунды борьбы, Ло проигрывает. Старается из-за всех сил, и все равно под напором прижимается к земле. А Первый не испытывает никаких проблем.
Залп винтовок!
Оборотень телепортируется.
Снова поднимается в центре тумана.
Армия была готова продолжать неравный бой. Да вот… Всё на мгновение стихло.
Кристи шагает вперед, люди расступаются.
— Этот мой. — рычит Альфа.
— Кровь проклятого ублюдка. — заговорил Первый. — Наконец-то… Предназна…
— Ра-а-а! — сорвалась Альфа с места. Удар! Блок! — Мне не интересно! — вот теперь Первый чувствует отпор. — Погнали!
Залы дворца. Пусты. Так тихо. Слишком тихо, звенящая тишина. Звуки с улицы не проникают сюда, казалось, нет никакой битвы. Закрываю глаза. Чувствую зло в этих коридорах. Особо много его… Хм, внизу. Но есть что-то и на верхнем этаже. Баронесса…
Иду тенью посреди золота. Тут и там висят картины. Укути, портреты Укути, увешанная украшениями, властный взгляд, довольно откровенные наряды. Первый подъем, еще проход, новая лестница. Верхние этажи. Тьма исходит от самой дальней комнаты, незримые миазмы, которые подвластны моим глазам. Двигаюсь вперед. Поравнявшись с одной из дверей, толкаю её, чтобы убедиться в отсутствии врагов. Все, что встретило меня в комнате с балконом, это жижа на полу, мазут, в котором плавала одежда с куском маски церковника.
— Хм. — возобновляю шаг.
Наконец подхожу к цели. Открываю покои Баронессы, тут даже табличка есть. «Поклонись при встрече с владыкой Песка».
Захожу. Сразу морщусь от зловония, прикрываю нос.
Преодолеваю стенку, и… Вижу… Их.
— Боги… — само сорвалось с моих губ. — Уже давно покинули это место.
Отвращение, мерзость, праведный гнев, печаль. Слишком много чувств.