— Нет, Аня. Не в порядке. Я не прощаю соперникам их подлые выходки. Подумать только, мы ведь уже были готовы внести задаток за тот участок! А он увел у нас его из-под носа, расплатившись наличными. Ты представляешь себе такую огромную сумму наличкой?
Я пожимаю плечами.
— Не совсем.
— А еще моя мать завела роман с его отцом.
— Что?
— Да. Можешь себе представить?
— Нет.
— Она пригласила их на юбилей – старшего и младшего!
Я вешаю пиджак на вешалку. Сказать, что я удивлена – это ничего не сказать. Семейство Тумановых сегодня вечером посетит наш банкет? Определенно, вечер перестает быть томным.
— Что ж, мне жаль, — пожимаю плечами. — В любом случае, ты не можешь запретить мне работать. Мой декрет затянулся, и я слишком медленно возвращаюсь в строй. Я хочу снова работать в полную силу.
— А работа в клинике не в счет?
Я вздыхаю.
— Я числюсь там на пол ставки. Помощник юриста – так себе должность для женщины, которой в этом году исполнится тридцать два. Я хочу хоть какого-то продвижения по карьерной лестнице.
— Зачем?! Ты ведь замужем! У тебя все есть. Все, Аня! Ясмин наше главное сокровище, и я хочу, чтобы ты была рядом с ней, а не варила кофе какому-то эгоистичному ублюдку!
Я начинаю расстегивать блузку.
— Тебе не понять. Ты ведь никогда не чувствовал себя ущемленным в профессиональном плане.
Ян вдруг пронизывает меня потемневшим взглядом.
— До выезда в ресторан еще полтора часа, — произносит чуть хрипло. — Ясмин у бабушки. Мы в спальне. Улавливаешь?
Я сглатываю. Взгляд означает желание, но мои мысли заняты совсем другим.
Он притягивает меня к себе. С силой привлекает к своему обнаженному бронзовому торсу и впивается в мой рот властным поцелуем.
Его руки скользят по моим плечами, пальцы ловко расстегивают бюстгальтер, потом дергают вниз узкую юбку, и я привычно сдаюсь его напору. Он толкает меня на шелковое покрывало, и нависает надо мной сверху. Его дерзкий язык рвется мне в рот, требуя отклика.
Губы жадно требуют ответной страсти. Пальцы на ощупь расстегивают пуговицы на блузке. Его горячее дыхание опаляет мою нежную шею, а жесткая щетина царапает кожу. Яна охватывает привычное вожделение. Он задирает мою узкую юбку до самой талии и щелкает замком на своих брюках.
— М-м-м, сладкая моя, — выдыхает мне в рот. Я ухватываюсь за край его серой футболки, одиноко свисающей с края стула, и в нос бьет женский парфюм. Цветочный акцент, создающий ощущение роскоши.
— Что ты делал с моей сестрой в торговом центре? — шиплю ему в ухо.
Глава 5. Анна
Ян осекается. Замирает надо мной на вытянутых руках.