Лаборантка со страхом смотрит мне в глаза, а потом увлекает за собой и указывает мне на неприметную железную заслонку в стене у самого пола.
— Поторопитесь, дверь долго не выдержит, — подгоняет меня она.Я дергаю заслонку. Вспоминаю, что я ужасно боюсь замкнутых пространств, а здесь по-настоящему тесно. Но у меня нет выбора. Кажется, Аня втянула меня в какую-то жуткую историю, из которой не выпутаться. Но я буду не я, если не доставлю этот пистолет следователю в отдел.
Глава 20. Анна
Мы с Катей и дочками оказываемся на улице. Задняя сторона кафе выглядит не очень привлекательно – здесь стоят мусорные баки, а выход на аллею зарос кустами самшита и колючего можжевельника.
Я прижимаю Ясмин к себе крепче. Смело продираюсь сквозь кустарник вслед за Катей, которая крепко держит за руку Лизу и отводит от нее колючие ветви.
— Мамочка, мне страшно, — хнычет Ясмин.
— Обними зайку, — предлагаю я.
— Зайке тоже страшно.
«Знала бы ты, как мне страшно, милая», — отвечаю мысленно. Колючки безжалостно царапают кожу моих рук, и от этого мне хочется расплакаться. Я правда в отчаянии. Меня еще никогда не пытались убить. У меня нет машины и связи, а на руках напуганная дочь.
Катя вырывается из плена кустарника первой, и помогает выбраться дочери.
— Моя мама подъехала. Она ждет нас у входа в парк, — взглянув на экран телефона, произносит с надеждой.
Мы вливаемся в поток людей, которые пришли прогуляться в парке на закате. Лавируя между ними, быстро продвигаемся к выходу. Я с тревогой посматриваю на дочь. Она прилипла ко мне с такой силой, что я едва дышу.
Когда до припаркованной машины остаются считанные метры, я притормаживаю.
Лиза весело ныряет на заднее сиденье бабушкиного седана.
— Бабуль, а блинчики будут? — улыбается во весь свой маленький ротик.
— Конечно, милая, — приветливо кивает та.
— Яся, садись! Будут блинчики, — машет маленькой ручкой Лиза, приглашая мою дочь занять место в детском кресле.
— Мам? — Ясмин с тревогой заглядывает мне в глаза. — Я с тобой, мам!
— Поторопись, Аня! Так ты обезопасишь свою дочку, — настаивает Кошкина.
Материнский инстинкт берет вверх над разумом.
— Катя, постой. Я не могу отдать Ясмин твоей маме. Я не смогу, понимаешь?
Подруга нервничает.
— Аня, не глупи! Сажай Ясмин в машину, там охрана твоего мужа!
Я оборачиваюсь. С двух сторон сквозь толпу к выходу подтягивается охранники моего мужа, я знаю их в лицо.
— О, нет… — я затравленно осматриваюсь по сторонам. — Я не стану подвергать опасности твою маму и Лизу!
— Аня, нет! — Катя почти рыдает. — Мам, увози Лизу, пожалуйста…